Последнее поколение

Тут старшему агарду Тапри следовал бы щёлкнуть каблуком, преданно сверкнуть глазами и проорать по-молодецки: «Надеюсь оправдать ваше доверие во славу Отечества, господин Верховный цергард!» Но он вместо этого изумлённо вытаращил глаза и прошептал с ужасом:

– Как?! Настоящий шпион?! Квандорский?! Прямо в Генеральном штабе?!

За такую постановку вопроса цергарду Эйнеру следовал бы вышвырнуть горе-адъютанта не только с должности, но из контрразведки вообще, отправить на северный фронт, долбить окопы в мерзлоте – так считал сам Тапри.

Но вместо этого Верховный только усмехнулся и возразил:

– Нет, не квандорский, конечно. Это был шпион цергарда Репра.

– П…простите?!! – хрипло пробормотал агард, чувствуя, что привычная реальность опять расплывается. Наверное, вид у него был такой идиотский, что цергард весело рассмеялся.

– Да ладно, не берите в голову! Позже во всём разберётесь. У нас здесь своя специфика отношений. Вы уже выправили наружные пропуска?

Агард молча кивнул – к нему ещё не вернулся голос.

– Прекрасно. Тогда возьмите мою машину, отправляйтесь в университетский госпиталь, найдите эргарда Верена. Скажете, я прислал, он ждёт. Пусть возьмёт у вас анализы.

Адъютант щёлкнул каблуком, и отправился выполнять первое поручение.

И провалил его с позором!

Потому как «анализы» эти оказались столь деликатного рода, что сдать их у Тапри не получилось, сколько он ни старался. Слишком много событий случилось в последние дни, слишком много других эмоций переполняли его душу.

– Да ладно, не бери в голову, – хлопнул его по плечу эргард, худой и бледный молодой человек, лицом похожий на рыбу, а манерой выражаться – на цергарда Эйнера, – в другой раз зайдёшь. Не к спеху. Начальнику привет.

Привет Тапри передать не осмелился. Всю обратную дорогу он мучительно подбирал слова, чтобы дожить цергарду о неудаче, и ему казалось, будто новый шофер, взятый на место убитого, поглядывает на него косо, с усмешкой. Хотя тот, конечно, не мог ни о чём знать.

Да и глядеть по сторонам у него не было возможности – ночью случился «облегчённый» налёт. Невидимые для радаров фанерные «хадры» набарских смертников не способны нести тяжёлые авиабомбы – лишь самые лёгкие снаряды, зажигательные либо осколочные, больших завалов они не оставляют. Но местами на проезжей части зияли свежие воронки, нужно было внимательно следить, чтобы не провалиться.

Переживал Тапри зря, доклада от него не потребовали.