По следу скорпиона

– Глаза протри, – Меридит бесцеремонно прервала поток информации, льющейся из уст оседлавшей любимого конька сильфиды. – Чего тут расшифровывать? Это карта Староземья и окрестностей.

В самом деле, на матовом голубом мозаичном фоне сияли огненные очертания береговой линии Староземья, Аполидия, Сехала, Северных земель, Сильфхейма и архипелагов. Древняя карта выглядела весьма точной; сведущие в навигации Хельги и Энка без труда распознавали знакомые бухты, островки и проливы. Одна странность: как раз против дельты Венкелен была обозначена земля.

Та, которой нет. По площади она значительно превосходила и Сильфхейм, и даже крупнейший из островов Замерзшего архипелага. Короткий перешеек – такой прямой и узкий, что возникала мысль о его рукотворном происхождении, – соединял неведомую землю с континентом.

Постепенно на карте проявлялись все новые детали. Высветились русла рек, озера, горные хребты, извилистые контуры лесов. А когда лунный диск заглянул в окно целиком, вспыхнули огни. Шесть пунктов были отмечены на карте яркими, кроваво-красными огнями.

Они казались объемными, выступали над уровнем пола язычками холодного бездымного пламени. Жутковато становилось от этой картины – непонятно почему.

– Запоминайте! – взвизгнула Энка. – Луна уходит, скоро все погаснет!

– Малый остров архипелага Аддо, южная его оконечность… – перечислял Хельги вслух, чтобы лучше запомнить, – напротив дельты – земля какая-то, откуда взялась?… Дальше Дефт. Вот, похоже, наш Альтеций… горы ванедов, это по побережью.

И один в… да, пожалуй, это в Конвелле или где-то рядом. Всё, запомнил!

Словно в ответ на его слова люксограмма стала тускнеть и гаснуть. Храм погружался в зловещую тьму. Откуда-то потянуло сыростью и холодом, такими редкими в прокаленном южным солнцем Альтеций.

– Уходим, быстренько! – объявила Энка. – После исчезновения люксограмм задерживаться рядом не рекомендуется.

Никто даже не поинтересовался почему. Сами почувствовали: не рекомендуется.

Какой же чудесной казалась теплая южная ночь после могильной затхлости древнего храма! Небо черное, как бархат, луна желтая, как сочный южный плод, которому нет названия на языке Староземья.

С моря тянул легкий бриз, воздух пах солью и астрагалом, где-то недалеко истошно орал мул. Ночные злоумышленники всех мастей попрятались по своим темным подворотням, не рискуя даже помыслить о нападении на большую, хорошо вооруженную компанию.

Настроение было приподнятым.