Три шанса выжить

 – С одной стороны, я точно знаю, что я-то останусь жив-здоров. Но, тем не менее, если кто-то бежит на тебя с топором – это все еще страшно.

– А что происходит с ключами, когда вы уходите из их тела?

– У них остаются те же воспоминания, что видели вы, только более туманные.

– То есть, возможно, что и в нас кто-то вселяется? – тон голоса стал более кокетливым.

Дима добродушно рассмеялся, и его смех подхватил тут же лектор, но вовсе не Полина. Ее раздражало любое выражение симпатии к Диме, и моментально начинали раздражать люди, которые ее проявляют.

Это было не очень несправедливо, ведь она и сама когда-то купилась на его обаяние, но ничего не могла с собой поделать. С ее стороны было бы умнее не выказывать неприязни, но Полина не умела притворяться. Она невольно нахмурилась, и мысли о ее разборе отнюдь не добавляли хорошего настроения.

– Такая вероятность есть, но мы самый развитый мир из тех, что мы знаем. И единственный, который знает о параллельных мирах. Не так ли, Полина?

Переход оказался слишком резким, Полина предполагала, что у нее еще есть минут десять до того как настанет ее очередь.

Она подняла голову на аудиторию и, коротко кивнув, подтвердила его слова.

Лектор Михаил Степанович тут же похлопал в ладоши, благодаря Диму за доклад, и позвал Полину к доске.

– А это Полина Краснова, – представил он ее студентам. – Сейчас мы посмотрим на ее менее удачный опыт. Мне сказали, что сегодня вы пережили неприятный денек. Да?

Полина попыталась кивнуть с достоинством, надеясь, что ей удастся сохранить невозмутимость до самого конца.

Силой воли она заставила колени перестать трястись и как можно увереннее ответила:

– Приятного сегодня было мало. Значит, завтра надо будет подготовиться получше.

– Я же тебе обещал помощь, да? Соберемся после вместе.

Дмитрий вклинился с заботливой отеческой улыбкой и даже похлопал Полину по плечу. Она с трудом удержалась, чтобы не ударить его по руке на глазах у всей аудитории. Полина лишь недовольно глянула на Диму, читая в его взгляде насмешку.

Он чуть сильнее сжал ее плечо прежде чем отпустить.

– Очень любезно с твоей стороны, – пробормотала Полина.

Дима спустился с возвышения лектория и прошел в аудиторию, устраиваясь за первой партой, а Полина заняла его место, приготовившись к следующим пятнадцати минутам унижения.

Прожектор заработал, и воспоминания Полины появились на экране как фильм от первого лица. Наблюдать за собой стороны всегда было болезненной процедурой.