Три шанса выжить

Прямо за окном росло высокое дерево, толстые ветви которого находились в паре метров от стены. Перебраться на дерево, а затем спуститься на землю было для Полины плёвым делом. Неудивительно, что Кирилл не стал подробно вдаваться в эту часть плана.

Настроение приподнялось, и Полина приступила к делу. Забравшись на подоконник, она прыгнула вперед, хватаясь руками за ветку выше. Ноги быстро нашли опору на еще одной ветке. Полина посмотрела вниз, проверяя расстояние.

Ладони резко вспотели. Девушка вспомнила, что именно в этом плане побега смущало ее.

Она предлагала этот вариант Кириллу еще при подготовке к первому перемещению, но он тогда категорически отверг вариант, напомнив, что под окном маркграфа всегда дежурят стражники.

Словно в замедленной съемке Полина увидела, как один из наемников внизу вскидывает арбалет, нажимает на спусковой механизм, и ей в лоб летит болт.

Полина упала на землю и совсем не ударилась. Только свет изменился: из теплого солнечного он стал неприятно белым и больничным.

Полина попыталась оглядеться, но не смогла повернуть голову, та была зафиксирована в одном положении. Она испуганно заметалась: беспомощность была ее самым большим страхом. Полина могла защитить себя почти в любой ситуации, но если только не была обездвижена.

Над ней склонилось худое скуластое мужское лицо. Серые глаза внимательно смотрели на нее. Неприятно, въедливо, они всматривались в нее. Бездушный взгляд.

– Полина, это Кирилл.

Кирилл. Полина не знала ни одного Кирилла.

Она знала маму, знала бабушку, даже Галину Ивановну знала, та была ее классной руководительницей. Еще она училась в университете и знала тоже там кого-то. Только это немного странно. Университет? Разве он мог быть в средневековой Германии?

– Либеро, – произнес мужчина над ней.

Полина несколько раз моргнула. Воспоминания вернулись. Она Полина, а это Кирилл. Заметив в ее глазах проблески сознания, он принялся развязывать ее.

У всех рабочих групп был набор определенных кодов. Мозг был специально обучен реагировать на них согласно условному рефлексу и мгновенно возвращал все воспоминания.

Кирилл развязал ее руку, и Полина тут же перехватила его ладонь.

– Посмотри на меня, – попросила она.

Кирилл послушно посмотрел, его взгляд излучал спокойствие и невозмутимость. Все-таки обычный Кирилл, без изменений. Полина отпустила его руку и позволила себя развязать.

– Там была засада.

Кирилл кивнул.

– Ты это знал, – обвиняюще сказала Полина.