Дорожные работы по наследству

Только камень статуй был темно-красным с черными прожилками, будто выступившие вены. Стильно, однако! Надеюсь, этих «импозантных красавцев» писали не с натуры неведомых мне призрачных тварей?

Налево, куда тянул меня «компас», пришлось идти недолго. Минут через пять мы уже встали перед небольшим зданием. Не сарайчик и даже не будочка задумчивости. Габаритами это сооружение походило на каменный домик, который мы как-то снимали по знакомству всей семьей летом на юге. Только окон в этом не было от слова совсем.

Но лучик повел вокруг, заставил обогнуть стену постройки и уперся снова в двустворчатую дверь.

Ладно хоть она гигантизмом не страдала. Я налегла на одну из створок, и дверка открылась. Без зловещего скрипа для антуража, удивительно легко, несмотря на массивность. Окон тут, как я уже говорила, архитектор не предусмотрел, зато весь потолок светился знакомой спокойной голубизной, как лестницы и потолок в замке. Впрочем, тем, кто оказался внутри «домика», нервничать было уже поздно и совершенно начхать на цвет, свет и аромат.

Короче, мы оказались в склепе. На его первом этаже. Минусовые, судя по лестнице в углу, тоже в реестре числились. А уж сколько – не ведаю и не испытываю особого желания обрести знания по столь интригующему вопросу на практике. Про такие места интересно только читать хорошие сказки, чтобы нервы пощекотать, а самой лазить – ни-ни!

В склепе из всей меблировки имелись два массивных каменных ложа из багрового камня с черными и серебряными прожилками, изукрашенных шикарной резьбой.

Свято место пусто не бывает. Там лежали двое в длинных, расшитых серебряной и золотой нитью темно-красных камзолах с высокими стоячими воротниками и прочими элементами гардероба, несовместимыми с двадцать первым веком.

Оба брюнеты с волосами, вьющимися крупными волнами, и носами с аккуратной горбинкой. Почти как у меня. Только я была совершенно точно жива, а эти двое… Эм-н, люди, конечно, могут спать где угодно, даже на камнях, если вусмерть устали.

Только почему-то я ничуть не сомневалась: эти двое точно мертвы. И еще! Тот, который выглядел постарше… Теперь я поняла, Чейр не лгал насчет своей убежденности в моем родстве с нынешним князем. В зеркало я смотрелась регулярно. Этот незнакомец вполне мог быть моим отцом. Ныне покойным отцом. А откуда тогда взялся живой и здравствующий вместе с матерью? Непонятно, но вряд ли Чейр знает ответ.