Аська и Лихо

– Твоя шутка, эй-ороль, расстроила помолвку Сандэвара оро Кэль и светлой оро Виаль, – напомнил первопредку законник истинную причину, не затерявшуюся за тысячелетия и не присыпанную прахом истории.

– Да? – чуть сдвинул брови в попытке вспомнить пока не одноглазый Лихо и легкомысленно признал: – Нет, не помню.

Кажется, такой вопиющий приступ склероза возмутил Эльмиавера до глубины души. Но в деталях напоминать Лихаэлю, что и как было в те стародавние времена, эльф почему-то не стал.

Должно быть, в отличие от уже помершего дедушки Сандэвара, его несостоявшаяся половинка еще коптила леса и могла каким-то образом пострадать, вздумай пробудившийся предок отправиться к старушке для выяснения компрометирующих подробностей.

– Слушай, Лихо, у меня тут больше ничего не чешется. Мстить за твои грезы длиною в тысячелетия некому – обидчик двинул кони, так что пошли искать другие проблемные места. Раньше начнем, быстрее закончим. Я домой хочу, и дядька, небось, уже волнуется.

– Вряд ли, – беспечно бросил Лихаэль.

– Это еще почему? – насупилась Ася, подозревая, что ее хотят оскорбить. Дескать, такое ничтожество никому не нужно настолько, чтобы о нем волноваться.

– То место, откуда ты упала, человечка, – поискал подходящее объяснение невольный родственник, прижмурив яркие очи, – его время, оно было столь тягуче… Не загустевший мед, даже не смола, скорее, как нить паучьей пряжи гигантского арохора, которая начинает тянуться, лишь если приложить все силы.

Там, в твоем мире, еще не прошло и сотой доли мгновения.

– О… а… – начала было что-то говорить Ася, а потом просто захлопнула рот. Как оно так происходит, она вряд ли сможет понять, так чего спрашивать, чтобы этот рыжий-закатный над ней начал в очередной раз прикалываться?

Размышления прервал звучный чих дуэтом. Завозились и синхронно сели в траве эльфийские драчуны-цветоводы.

– О, мальчики проспались! – оценила Ася.

 – Ща будут дедушке объяснять, зачем они подрались из-за цветочков и разбудили спящего предка.

– Ик, – синхронный чих сменился на столь же хоровую икоту длинноволосых (желтенького и беленького) юношей, пытавшихся выкарабкаться из заботливо прикрывшего их травяного одеяла. Получалось неважно. Может, к парочке не вернулась координация, или одеяло «мейд ин флора» не спешило выпускать приглянувшуюся добычу.