Аська и Лихо

То ли созданной самой матушкой-природой, то ли кем-то из мастеров, удачно подражающих ей.

– Пей! – бодро скомандовал Лихаэль.

– Не отравлено? – опасливо уточнила Аська.

Лихо заверил спутницу, что уж чего-чего, а яда тут точно нет. Зачем делать ловушку, если сразу ядом «гостей» травить? Это неинтересно!

Ася вздохнула, проглотила просившийся на язык вопрос «а что тут еще есть, кроме монстра?» и, присев на корточки рядом с чашей, зачерпнула ладошкой студеную воду. Сделала глоток: такой вкусной воды она никогда не пила дома, да даже здесь, у эльфов и в древо-доме предтечи тоже.

Стоило черпануть ладонью вторую порцию, как началось.

Из густой тени кустов и деревьев на краю поляны выступило оно – огромное, не меньше пары метров в высоту, черное, будто сотканное из цельного куска первозданного мрака чудовище. Выступило и ринулось на жертву.

Пронзительный визг, полный ужаса, вырвался у Аси непроизвольно. Так страшно ей отродясь не было. Даже на полянке со вчерашним «привидением в записи».

Трусихой себя Покрышкина в общем-то не считала, но теперь паника буквально захлестывала несчастную жертву. И сообразить, что ужас – явление, наведенное монстром, Аська уже не могла.

К счастью, используя девушку как наживку, Лихо не бросил ее на растерзание неизвестной гадины. Напротив, радостно оскалившись, первопредок ринулся навстречу чудовищу, словно к давно потерянному братику. Вдобавок он еще и кричал на бегу своей невольной родственнице:

– Это оно? Зудит? Эй, не ори, ответь! Зудит?

– Не знаю, я слишком боюсь, чтобы соображать, – жалобно вякнула Ася, однако визжать все-таки прекратила.

Несвоевременный вопрос древнейшего как-то умудрился перебить волну паники.

Лихо добрался до черного монстра и с разгона вонзил в него руки. Чудовище издало громоподобный рев, в котором боль смешалась с удивлением. Кажется, монстр всерьез полагал себя неуязвимым. Но в случае с Лихаэлем просчитался. Как, впрочем, почти все, имевшие дело с непредсказуемым древним созданием.

Вырвав из тела чудовища кажущийся плотным сгусток черного дыма, обернувшийся вне плоти монстра парой бурых камней, Лихо раскрошил их за миг-другой в ладонях. Снова ударил подвывающую тварь и снова вытащил из него два камня, уже иного оттенка – антрацитово-черные. После этого акта вандализма нагоняющий не рассуждающий ужас монстр растаял снеговиком под майским солнцем. Его плоть расплылась черной бесформенной кляксой на роскошной траве.