Холодный свет далёкой звезды

Прикосновения его рук казались скользкими, опаляющими, голос раздражал, а запах его возбуждения приводил в бешенство.

– Пусти! – Выкрикнула, ловко выкручиваясь.

Удалось отступить не потому, что хватка ослабла, а потому, что Ильдар отпустил. Сам. В желании успокоить и, как минимум, получить объяснения. Только вместо объяснений ему досталась дубовая дверь, которая закрылась перед самым носом с громким хлопком. А следом в неё же ударил и кулак мужчины.

– Лора?!

На первом возгласе звучала претензия и укор.

– Малыш, открой.

Ладонь медленно опустилась на деревянную поверхность и плавно сжалась в мощный кулак. Ильдар пытался уловить её дыхание, но слышал только биение своего сердца.

– Лор, что случилось? У тебя всё хорошо?

Настойчивый стук в дверь заставил её отступить и закрыть глаза. Это был страх. Страх, неуверенность, чувство собственной несостоятельности и такое незнакомое, непонятное ощущение, что они отдалились друг от друга. Навсегда.

За дверью послышался посторонний шум.

Чей-то голос, звук отпираемого замка. Сначала показалось, что Ильдар хочет открыть дверь, как вдруг всё стихло, но он был рядом. Точно знала.

– Лора, мне нужно уехать. – Прозвучало тихо и неуверенно с той стороны двери. Внутренне сжалась и тут же ослаблено обмякла, не в силах справиться с упадком сил. Придерживалась ладонью за стену, за край ванной, усаживаясь на бортик.

– Малыш, я вернусь, и мы поговорим, хорошо?

Снова посторонний голос, наверно Мансур. Можно было различить лишь низкий басящий тон и торопливый ответ Ильдара.

Он словно отмахнулся.

– Лора, пока ты не скажешь, что всё хорошо, я не уйду. Ты меня слышишь?

Она к двери приблизилась, приходя в себя, забывая о нелепой неуверенности, поглощало чувство унижения. Её предали.

– Лора, я хочу услышать твой голос.

Сама от себя не ожидала, что сейчас откроет, распахнёт дверь. Несколько раз растерянно моргнула, прежде чем поняла, что Ильдар действительно стоит перед ней. Смотрит на неё. Пытается что-то понять, прочесть в глазах, но там сейчас пусто.

Потому что сам научил закрываться от людей, когда плохо. Он, вообще, был отличным учителем.

– Всё хорошо. – Не узнала собственный голос, но не дрогнула под его криком.

– Какое, к чёрту, хорошо?! – Схватил обеими ладонями за щёки, надёжно удерживая лицо, сжимая. Притянул к себе, к своим губам, пытаясь отогреть. Сглотнул, понимая. Что не узнаёт. Понимая, что не на него смотрит, а на своего врага. Усмехнулся.