Колумбы иных миров

Большой пользы это не принесёт, но в какой-то мере поможет ориентироваться…

Скримсл не обманул. Десять последующих дней погода, в самом деле, благоприятствовала. Небо было высоким и голубым куполом, а Океан – плоской зеленовато-синей тарелкой. Все стороны горизонта открывались взору путешественников, и не находилось вокруг ничего, на чём можно было остановить взгляд. Только дельфины приплывали иногда, следовали за драккаром, высовывали из воды весёлые морды, как будто хотели подмигнуть.

Ильза не знала, есть у них разум, или нет, и на всякий случай вежливо кланялась.

Зато по ночам светили звёзды, и было их много, много – на суше столько никогда не увидишь. Ильза вылезала из палатки, ложилась на спину и таращилась в небо часами, пока не начинала зябнуть. Временами и у Рагнара появлялось настроение любоваться ночным небом, тогда он поднимал Ильзу, Эдуарда и Улля и учил их ориентироваться по звёздам – показывал большой и малый ковш, полярную звезду Лис, Галеан на южном горизонте, и ещё много полезного.

Но Ильзе хитрая наука в голову не шла, и она рассеянно зевала. Наследники были старательнее.

Не менее интересным и загадочным, чем ночное небо, был ночной океан. Он тоже сиял, он переливался тысячами огоньков. За кормой драккара тянулся красивый мерцающий шлейф воздушных пузырьков. Морские обитатели мелькали в тёмной толще, оставляя за собой светящиеся хвосты, подобно кометам.

Дельфины выпрыгивали из воды, и с их гладких тел скатывались струи холодного, золотисто-зелёного жидкого огня.

Ночь Ильзе нравилась больше. А днём, не смотря на весёлое солнце и безоблачное небо, на неё порой нападала непонятная, но острая тревога. Понятие «агорафобия» было девушке не знакомо, и она пыталась найти своим страхам рациональное объяснение.

– А пираты на нас не нападут? – приставала она к Хельги.

Тот успокаивал:

– Откуда им здесь взяться? Пираты промышляют там, где есть, кого грабить.

– А фьординги? Вдруг они тоже надумают искать новые земли?

– Один шанс на миллион, что столкнёмся.

Тогда Ильза, разочарованно вздохнув, приводила последний, убийственный аргумент.

– А морские чудовища?!

Эту версию никто не отвергал.