Колумбы иных миров

– Вот! Улль-Бриан мне написал! Я что-то ничего не поняла: разве это про любовь?

Диса сперва долго смеялась, а потом пояснила, что это неосимволизм, и понимает его всяк по-своему. А лучше вовсе не пытаться ничего понимать, просто принять глубокомысленный вид и сказать: «Ах, как креативно!» Тогда все увидят, что ты – культурная девушка, умеющая ценить искусство.

После такого объяснения Ильза совсем растерялась.

– Странный стих, – жаловалась она Хельги. – Его совсем не нужно понимать! Зачем такие пишут?!

– Чтобы казаться умнее, чем ты есть на самом деле.

Другие понять не могут, и думают: «Ах, какой мудрый сочинитель!» А что он и сам ничего не понимает, просто зарифмовал набор случайных фраз, и только – об этом ведь никто не догадывается!

– Чему вы её учите! – зашипела Энка сердито. – Нельзя быть такими косными! Современное искусство тоже имеет право на существование!

– Разве мы возражаем? – невинно моргнул демон-убийца. И хихикнул.

А Ильза осталась довольна.

Ей стало казаться, что она постигла суть поэзии: не важно, есть ли смысл, лишь бы была рифма…

Примерно со второй недели августа начались сложности. Острова, островки, скалы и рифы тянулись бесконечной чередой. Ни Хельги, ни Энка, ни Рагнар – самый бывалый мореход из всей компании, никогда прежде не встречали подобных скоплений надводных и подводных препятствий. Продвигаться вперёд приходилось медленно и крайне осторожно – Макс, наверное, использовал бы сравнение ходьбой по минному полю, но в их мире подобной гадости пока не имелось.

Высаживаться на острова, и особенно оставаться там на ночь, Ильза первое время боялась. После страшной встречи с Ушедшими у девушки появилось что-то вроде фобии. Но постепенно она пересилила страх – не оставаться же ей было одной на драккаре, в то время как остальные, включая даже судового, гуляют на бережку! После пятнадцатого острова она успокоилась совершенно, и даже радовалась, если Хельги, несущий бессменную ночную вахту, объявлял: «Тут я один не справлюсь, будем ночевать на берегу».

Большинство из встреченных островов были очень малы и совершенно необитаемы – просто голые скалы, облепленные морской живностью лишь до уровня прилива. На некоторых шумными колониями гнездились птицы. На одном путешественники заметили лежбище морских котиков. Улль-Бриан, не зная, с кем имеет дело, заикнулся было об охоте.