Великолепная шестерка: Божий промысел по контракту. Час «Д». Шестеро против Темного. Тройной переплет (сборник)

Но если в глазах воина читалось скрытое подозрительное неодобрение всяких колдовских штучек, то технарь испытывал явное замешательство. Конечно, Эльку тут же повело к книгам, словно наркомана к дозе. Открыв стеклянную створку, прикрывавшую две средние полки, девушка потянулась к заманчивым корешкам загадочных книг. Она раньше никогда не видела настоящих магических фолиантов, только жалкий замусоленный ширпотреб на лотках уличных торговцев или дорогую чепуху в красивых твердых переплетах с тиснением на специальных полках книжных магазинов.

Все это одинаково не способно было вызвать ничего сверхъестественного, за исключением небывало широкой улыбки на лице любопытного читателя.

– Какая красота, – мечтательно промурлыкала Элька, протягивая руку к нежно-фиолетовой книге с причудливыми узорами и попутно нежно оглаживая соседние корешки.

По комнате пронесся едва слышный шелест, до странности похожий на довольное мурлыканье нескольких гигантских кошек. Лукас оторвался от умиротворенного созерцания какой-то малюсенькой коробочки в глубине боковой ниши и с тревогой обернулся к Эльке.

Увидев, что творится за его спиной, мосье тут же оставил свое занятие и подлетел к девушке, в волнении восклицая:

– Мадемуазель Элька, ma chеre, магические книги не только притягательны, но и опасны, неподготовленным людям нельзя брать их в руки иначе, чем под наблюдением опытного мага.

– Да? – огорченно протянула девушка, нехотя оставляя фиолетовый корешок. – А мне они так понравились. Я же не собиралась читать заклинания, только хотела посмотреть.

– Я не хочу вас пугать, но волшебные книги не только содержат заклинания, но и сами часто являются источником стихийно образованного волшебства. Даже прикосновение к ним может вызвать непредсказуемые последствия. Поэтому они не находятся в обычной библиотеке, а помещены в защищенную комнату, изолированы стеклом и деревом, пропитанными чарами, поглощающими магическую энергию, – серьезно продолжил Лукас и, потянувшись к стеклянной створке, вознамерился ее прикрыть от греха подальше.

Но едва мосье коснулся шкафа, как тут же, издав сдавленный возмущенный вопль, отпрыгнул прочь, словно кузнечик, метра на полтора. Лукас изумленно посмотрел на тонкие пальцы своей правой руки, там стремительно вздувались белесые волдыри изрядного ожога, а кожа по краям покраснела. По комнате снова пронесся шелест, теперь уже напоминающий скорее слегка возмущенное шипение, переходящее в ехидный смешок.