Любовь солдата

Не зря его прозвали Митору Скрытный, – покачала головой Юта.

– Но у него же вроде были ученики? – спросила Алиша.

– Да! Ты с ними не знакома? – удивился Мэдо.

Девушка отрицательно покачала головой.

– Знаменитая четверка, «Горящие Стрелы». Кто-то говорит «Слепящие», но не суть. Они всегда работают вместе, поэтому им доверяют сложные операции, где требуется командная работа, – поведал Мэдо. – По слаженности действий и скорости реакции с ними никто не сравнится. «Стрелы» – одно из главных оружий Агнира, и благодарить за них нам следует Скарскроу Митору.

– Мало кто достигает такого глубокого взаимопонимания со своими учениками и делает их настолько сплоченными, – кивнула на слова Мэдо Юта. – Они все еще подростки, но никто не осмеливается считать их незрелыми или слабыми. Эта четверка – гении, давно обогнавшие в развитии большинство мастеров города.

– Моим кумиром является Разящая Мелли, – подала вдруг голос Зара. – Хоть она и младше меня на два года, но более талантливой девушки я не встречала.

– Даже убару отзывается о ней уважительно, – добавила Исира. – Девушка, надо сказать, очень скромная. Я училась в одной группе со всей четверкой.

– И как же они все попали к одному Учителю? Или это только с его помощью они стали такими сильными и раскрыли свой потенциал? – не на шутку заинтересовавшись, спросила Алиша.

– Это было спланировано изначально. У каждого из них был свой яркий талант, хотя между собой, насколько я знаю, «Стрелы» не очень-то ладили.

Когда им исполнилось по десять-одиннадцать лет, их передали под опеку Скроу Рэма. Говорят, он и сам сильно изменился, когда начал заниматься с ними, – рассказала Юта. – Всем известно: у него было тяжелое детство и много жестоких испытаний. Он был тенью, хладнокровным убийцей, и когда Яни-тэм стала убару, она сразу поняла, что надо как-то вернуть его к жизни, пока он окончательно не замкнулся в себе.

– Его даже приняли в подразделение «Красного Солнца», – тихо добавила Зара.

– Одно из секретных подразделений? – решила уточнить Алиша.

– Да, – кивнул Алек. – Там воспитываются отверженные: брошенные, сироты, просто те, кому нечего терять. Из них делают настоящие бездушные машины для служения. На улицах города таких не увидишь: они либо мастерски сливаются с толпой, либо вообще невидимы. Ходят слухи, что их подвергают пыткам и стравливают друг с другом, чтобы полностью устранить ощущение физической и душевной боли.