Шахматы. Чёрная королева

Ты должна блистать.

– В каком ещё шалаше?!

– В том, в котором с любимым рай. Ведь звезда не может принадлежать кому-то одному…

– Это ты сейчас так пытаешься меня оскорбить?

– Это я рассуждаю вслух.

– Послушай… – вспыхнула Марта, но договорить мужчина не дал, потянул за руку на себя и направился в сторону одиноко стоящего фонаря.

До того Марта его и не видела, а сейчас раздражённо щурилась, защищаясь от яркого света.

– Куда мы идём? – уточнила, оглядываясь по сторонам, а незнакомец обернулся и нахмурился.

– Замёрзла? – странно так спросил, будто с заботой, с беспокойством.

Марта только тогда и ощутила озноб, пробивающий тело. Прежде было не до того – возмущение кипело, а сейчас она опомнилась, продрогла, но расправила плечи, отказываясь отвечать на вопрос.

– Согреть не предлагаю, – снова оглянулся незнакомец. – Подумаешь ещё чего…

– И вовсе я не замёрзла. С чего ты взял?! Да и ветер стих, – прислушиваясь, добавила она уже не так уверенно.

– Стих, – глухо отозвался её спутник, ускоряя шаг.

 – Сейчас дождь начнётся.

– Мы потому так бежим? – попыталась Марта догнать мужчину, но в итоге только сбила дыхание, а идти продолжала всё так же, следом, удерживаемая за руку в надёжном захвате.

– Не только, – успел проговорить он до того, как секанул дождь и тугие холодные капли ударили по расслабленному телу.

Мужчина рванул бегом и потянул Марту за собой, а потом втолкнул её в телефонную будку, стоящую посреди аллеи, и посмотрел глазами голодного зверя.

– Это я влюбиться в тебя боюсь, – прошептал он в каком-то странном напряжении и навис над Мартой, прижимаясь всё теснее.

 – Чем меньше времени, проведённого вместе, тем меньше вероятность подобной ошибки.

– Ну и шуточки у тебя, – пробормотала она в ответ, стараясь не показать, как на самом деле сжалась, испугавшись подобного заявления.

А сосредоточиться на ощущениях, к счастью, не получилось: пыл охлаждали упругие дождевые капли, что попадали в разбитое стекло. На Марту попадали лишь редкие, которые миновали мощную спину, обошли широкие плечи.

А вот сам мужчина едва ли спрятался от дождя – всё принимал на себя. И молчал. Напряжённо и демонстративно. Вряд ли чего-то боялся, скорее, не позволял Марте почувствовать страх. Но внутри неё был уже не страх, а лёгкая эйфория. Эффект запретного плода, наложенный на первый подобный опыт, давали в итоге взрывоопасную смесь, и сейчас, казалось, только от мужчины зависело, приблизить её к огню или уберечь.

Сильный и красивый.