Шахматы. Чёрная королева

– Ну, значит, сестра есть.

– И сестры нет. Они с супругом разбились в автомобильной аварии пятнадцать лет назад. Андрею тогда не исполнилось и восемнадцати. Он был трудным подростком, но на удивление легко принял их смерть. Мы и прежде с ним были близки, хоть сестру это и не радовало, а потом и вовсе сошлись на фоне общей беды. Хотя я бы бедой их смерть не назвала.

– Что так?

– Сестра меня ненавидела и всячески пакостила с самого детства, а я платила ей если и не тем же, то чем-то подобным точно.

– Отчего же?

– Она мне завидовала, – ахнула Марта, удивляясь вопросу.

– А был повод?

– А то! Я же была младшей и любимой дочерью. А ещё красивее, умнее и талантливей. Чем не повод?

– У меня нет сестры. Мне не понять.

– Иногда и это за счастье, – едва уловимо кивнула Марта убеждая. – Дурная кровь, – задумавшись, проговорила она, а Алёна сконцентрировала внимание на этом выражении.

– Что?

– Это она так называла меня в детстве.

– А почему?

– О, это настоящая беда и страшная тайна нашей большой семьи.

Марта загадочно улыбнулась и пригубила вино из бокала.

– Света перехватила это выражение от бабушки по линии отца. Старая горбатая еврейка терпеть меня не могла и ничуть этого не скрывала. А Светочку любила и всячески выделяла. Сначала я была маленькой и не замечала, а потом этот момент мне компенсировала родительская любовь, и стало всё равно, – проговорила Марта, прищёлкнув языком, но доля желчи в её словах всё же чувствовалась.

– Но ты говорила про страшную тайну.

– О, а ты, видимо, очень любишь тайны, – склонив голову набок, Марта сверкнула глазами.

– Я журналист. Обнародование чужих тайн – это моя профессия.

– Высшей степени профессионализм – это когда ты раскрываешь чужие тайны с позволения их носителей.

– Для тебя, Марта, я сделаю исключение и всё услышанное оставлю при себе.

– Как искренне. Я сейчас растрогаюсь! Выпьем! – протянула она бокал и задумалась над тем, чтобы произнести тост.

Марта многозначительно подмигнула и посмаковала вино, сделав один маленький глоток.

– Мама отца не любила, – задумавшись, проговорила она. – Это был один из тех браков, который свершился не на небесах, а в кабинетах двух состоятельных мужчин. Мама была молода и красива, а отец умён и прочно стоял на ногах в свои двадцать с небольшим.