Шахматы. Чёрная королева

Не понимала, что происходит, когда спрашивал, отказывалась осознавать, когда стрелял, пыталась закрыться, когда кричал, что-то выпытывая, а вот теперь понимала. Теперь хотела понять и принимала всё, что он готов был ей дать.

Наверно, только с его подачи и прочувствовала, как оно может быть. Вот она, журналистская правда. Не та, которую печатают на центральном развороте, не та, за которую поощряют государственной наградой, красивыми словами и громкими отзывами. А вот она! Здесь! В вонючей канаве… Когда один на один с собой.

Когда только от тебя и твоих слов зависит, чем закончится этот день.

И Алёна испугалась. По-настоящему. Поверила в то, что он может убить, что может навредить. Глазам его, что обещали все круги ада – поверила. А сейчас не получалось выдохнуть от облегчения. Всё внутри сжималось, и страх никак не мог найти выхода. Блуждал по телу, по голове, застревал в мыслях, в горле застревал, не желая сплестись с громким стоном, что срывался с губ.

Она чувствовала грубые прикосновения и подставлялась под них.

Ловила его губы, пыталась задержать взгляд. И подстраивалась. Подстраивалась под неуёмный нрав, под резкие, порывистые движения. Он был таким… и сейчас демонстрировал себя во всей красе. А потом остановился. Так же неожиданно, как и начал. Просто оттолкнул Алёну от себя и отвернулся.

– Садись в машину, – выдохнул с тяжестью прожитого дня и первым пошёл в нужном направлении.

Алёна знала, как объяснить себе произошедшее, если рассуждать логически.

Но если посмотреть на всё происходящее как женщина… Унизительно. Он хотел привести её в чувства – он этого добился. И совершенно неважно, что переступил, что тем самым цену… подчеркнул её невысокую цену!

***

– О чём ты думаешь? – единственное, что спросил Андрей, понимая, что на его долгий взгляд Алёна не ответит.

К тому моменту они уже сидели в её квартире. Алёна отмокала в горячей ванной, а Андрей на полу, рядом.

– О том, что никогда тебе этого не прощу, – зло процедила она.

– Глупая ты! – весело заметил он и протянул руку, чтобы коснуться острого подбородка, но что-то остановило, и Андрей руку убрал. – Неправильно это всё было, Алён…Ты не хотела.

На резко вскинутый взгляд Андрей ответил неохотно.

– Не того хотела, – попытался пояснить, но понимал, что нужных слов ещё не подобрал. – И я не хочу, чтобы ты запомнила тот момент, как я воспользовался твоей слабостью. А ничего другого в памяти бы и не осталось.