Территория заблуждения

Где ты всего этого набралась?

– Так говорит Марина Генриховна, мой психолог.

– А зачем тебе психолог?

– Чтобы я справлялась с этим чувством ущербности грамотно, а не путалась в страхах и сомнениях, – вновь рассмеялась девочка, будто издеваясь над Аней.

– А ты по этому поводу переживаешь?

– По правде говоря… – Алиса выдержала значительную паузу, будто прикидывая в уме, как ответить, но в реальности только играла и ответ знала наверняка. – Нет, – выдала ожидаемый вариант. – Марина Генриховна грешит любовными романами.

– Грешит?

– В её комнате их просто несчётное количество. Вот в одной книжке я и прочитала то, что не могла сформулировать сама. Суть примерно такая: один мальчик спрашивает у другого, у сироты, хотел бы он иметь родителей. А сирота ему и отвечает: у тебя была собака? Нет? Но ведь ты о ней мечтал. А как можно мечтать о том, чего у тебя никогда не было, как можно сожалеть о том, что это мечта не сбылась? Так и я. Просто не знаю, что такое мама. Меня папа любит и этого, кажется, достаточно.

Я бы хотела больше внимания и больше уделённого времени, но мамы… она мне не нужна. Вот если бы она была и вдруг пропала, я бы знала разницу, а так мне не с чем сравнить. Считаешь, что мой ответ недостоин маленькой воспитанной девочки?

– Почему же…

– Марине Генриховне я никогда об этом не говорила. Мне нравится, как она каждый раз убеждает меня, что жизнь на этом не останавливается.

– Дай угадаю, концентрируя внимание на этой проблеме, она не замечает других?

– Если ты скажешь об этом папе, то я обижусь, – пригрозила Алиса пальчиком и на секунду задумалась, а стоило ли незнакомке доверять такую тайну.

Но легко справившись с сомнениями, вернулась к теме дня. – По плану праздник закончится примерно в семь часов. Не знаю, как я это выдержу, но потом, очень тебя прошу, не уходи сразу. Хочу показать тебе одно место, обязательно стоит сфотографироваться там. Ты поймёшь, если хоть что-то смыслишь в красоте, – тут же добавила Алиса и глубоко вздохнула, приближаясь к толпе. Она крепче сжала Анину руку и только тогда сообщила гостям о своём присутствии.

Дальше времени на осмысление откровений не осталось. Была работа. Много работы. Много улыбок и безграничное счастье. Крайнов с дочерью на руках… Сейчас он был другим. С новым лицом, с новыми эмоциями и совсем не походил на сурового незнакомца из поцарапанного авто или на недовольного и ворчащего наглеца в день рождения Кира. И дочь свою он, действительно, любил.