Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

– Я могу попросить вас выйти? – обернулся врач, но директриса только хмыкнула.

– Я опекун. И пока Соколовская под моим контролем…

– Вы документы подписали?

– Она подписала, – вклинилась в разговор медсестра и помахала договором в воздухе. Врач перевёл на директрису терпеливый взгляд.

– Так вот, если вы не читали то, что подписываете, то я вам поясню: с момента подписания документов, вы не являетесь опекуном пациентки Соколовской. А её законным представителем становится главный врач нашего медицинского центра.

И до момента, пока все необходимые процедуры и операции не будут произведены, данный факт не изменится, – декламировал он монотонным голосом. – В тот день, когда пациентка будет выписываться, я вышлю вам письменное извещение в трёх экземплярах. А на данный момент вы можете смело составить компанию своему супругу. Я вас не задерживаю, – повторил Адашев свою коронную фразу и потерял всякий интерес к беседе.

Как только директриса вышла, улыбнулся.

– Секунду! – это Лоре. И повернулся в сторону медсестры. – А теперь Маша звони Фролову из отдела образования и программистам. Нечего такой грымзе делать рядом с детьми.

– А я её, между прочим, предупреждала, что с вами лучше не связываться.

– Всё верно, Машунь, наши беды лишь оттого, что мы предпочитаем больше говорить и меньше слушать, – вернул внимание Лоре. – А теперь я весь твой, – с напевом проговорил он и улыбнулся, глядя на её смущение. – Показывай.

Не дожидаясь реакции, сам стащил ткань.

– Только будь другом, Лор, пересядь не стол.

Встать-то, она встала, а вот как залезть на стол метровой высоты, так и не придумала, поэтому, пока врач мыл руки, просто мялась в стороне. Он ухмыльнулся.

– А тебе нужно больше разговаривать. И не стесняйся просить. Поверь, у нас у каждого голова забита своими проблемами, вот и я не сообразил. Становись.

А пока она думала, куда же следует становиться, Адашев уже усадил её на стол.

– Ну, что за пушинка, а? Маш, у ребёнка истощение.

Тебя хоть кормили? Ладно, не отвечай, – тут же махнул рукой. – И так вижу. А сейчас займёмся делом.

Включив большую яркую лампу, он пока только смотрел на её руки. Смотрел пристально и внимательно, словно на всю жизнь запоминает или, наоборот, пытается вспомнить некоторые азы анатомии. Своими ладонями упирался по обе стороны её тела, а взгляд не сводил с изуродованных рук. Сканировал им, что ли?..