Каждый сам за себя

Не имея возможности с ним объясниться ещё тогда, снова и снова проворачивала тупое лезвие, застрявшее где-то в районе сердца. Так, чтобы нестерпимо больно, так, чтобы до звериного воя. Время заглушило обиды, но, оказывается, боль никуда не ушла. И сейчас она с новой силой буравила внутренности, заставляя их судорожно сжиматься, скручиваться, а затем расправляться, но только лишь для того, чтобы получить новую порцию боли.

Пришла в себя Кира от скрипа собственных зубов. Оглянулась по сторонам: никого. Словно ничего и не произошло, словно ничего не случилось.

Начал накрапывать несмелый дождик, подул противный пронизывающий ветер. Или это она вдруг стала настолько уязвима?.. Наспех отряхнув испачканную куртку, Кира судорожно вздохнула: только этих приключений ей и не хватало. Сжав свои плечи ладонями, она едва не бегом бросилась прочь от ненавистного двора, прочь от прошлого. Шла и задыхалась, шла и захлёбывалась. Солёными слезами и горькими обидами, которые в одно мгновение вдруг переполнили.

Войдя в приёмное отделение больницы, она вяло кивнула стоящим невдалеке коллегам.

Старая ворчливая медсестра выглянула в пустой коридор.

– Что-то вы сегодня рано, Кира Валерьевна. С чего бы вам торопиться в воскресенье? Всякий раз, как раньше времени приходите, не смена получается, а сумасшедший дом.

– Будет вам… что может случиться в воскресенье? – натужно вздохнула Кира, оставляя размашистую подпись в журнале прихода, после чего неторопливо побрела к гардеробу. На часах было без десяти семь.

Она даже смену принять не успела, как раздалась нетерпеливая трель её мобильного телефона. Звонил однокурсник Женя Корнеев. Только вчера они обменивались впечатлениями о работе и посмеивались над былой самоуверенностью. Он собирался в ночную и неизменно вздыхал, сетуя на то, что все наркоты и кутилы города окажутся в самых злачных местах, чтобы проверить на прочность крепость собственного здоровья.

– Вернер. – строго отозвалась она, приняв вызов.

– Кирка, ты на смене?! – нетерпеливо выкрикнул Корнеев и Кира недовольно вздохнула.

– Формально заступлю только через час.

– Не до формальностей! Везу к вам тяжёлого пациента.

– Жень, наша больница не дежурная. Тебе в областную.

– Какая, к хренам, областная! Я до вас могу не довезти. Огнестрел. Ранение в грудь. Кровопотеря приблизительно тысяча. Давление пятьдесят на двадцать, пульс нитевидный.

Кира подскочила на месте, принимая уже знакомую и привычную позу готовности.