Уходя, целуйте взглядом. Книга 3

Она поставила его на столик, а я споткнулась и опрокинула его на ковёр и мне на руку попало и на губы. Было очень больно потом с животом мучилась. Я со следующего дня начала менять на мой отвар для спокойного сна. Позже я подслушала, как отец давал указания надзирательнице.

– Почему не послушалась папаню и не отравила Грира?

Жомира подняла на меня глаза полные слёз: – Мне жалко дяденьку. Он так добр ко мне. У них такая милая семья, у меня такого никогда не было. Ему нравится, как я ему читаю.

– Дяденька? – Отпустил её руки и принцесса, всхлипнув, начала обтирать глаза рукавом.

– Я хотела сказать Его Величество. – Поправилась она.

– А «папа» ты сказать не хотела?

– Папа? – Она непонимающе уставилась на меня. – Чей папа?

– Твой, чей ещё! – Ответил я. Далее у меня заняло примерно десять минут нашептать ей всё, что я узнал сегодня из дворцовых записей про медальон и благословение именем, а так же про внешнее сходство.

– Этан, ты думаешь это правда? – Жомира почему-то не казалась шокированной.

Я бы сказал, она была задумчива.

– Да, уверен. И Жожер явно в курсе, раз волосы заставляет красить, чтобы сходство меньше бросалось в глаза. – Я похлопал её по руке.

– Этан. – Она повернулась ко мне. – А тебе сколько лет?

Я закатил глаза: – Ты меня слушаешь вообще?

– Просто я тоже на тебя и Грира много смотрела у вас глаза одинаковые и цвет волос. А сегодня ты мне про медальон и про два Э сказал и мне тут подумалось, что у тебя имя на Э.

Тебе не двадцать четыре случайно?

Меня обдало горячей волной от осознания, что принцесса скорее всего права. Как я мог быть так слеп, что Жомира ещё и подогадливее вышла. Первым после шока пришло желание отрицать, однако факты – упрямая вещь. Я покосился на девицу. Она сидела рядом, уставившись на меня с выражением какого-то благоговения.

Неужели Адэр мне не родной отец? Даже если так, я понимал, что в моём сердце он всё равно им является. Он воспитал меня и научил всему, что я знаю.

Уверен, он относится ко мне как к сыну. Однако, раз он выбрал воспитывать меня тайно, получается и Грир и Адэр знали, что рано или поздно попытка переворот повторится. Похоже, это был ход чтобы спрятать меня и не сделать мишенью опять. Я вздохнул, пытаясь понять, почему меня не злит и не приводит в бешенство тот факт, что я не родной ребенок и мне всю жизнь врали. Оглядываясь назад, я понимал, что и Адэр и Грир всегда очень хорошо ко мне относились.