Мой палач

– Но Игорь Валерьевич… – Белобрысый, кажется, не ожидал такого поворота событий.

Игорь Валерьевич? А как же Семён? Или Семён – это его кличка?

– Ты что, спорить собрался? – рыкнул главарь на своего подчиненного.

– Нет, конечно, Игорь Валерьевич. Как вы скажете, так и будет…

Я уже перестала слушать их болтовню. Все думала о том, почему отец спросил про маски и почему этот Игорь Валерьевич так разозлился из-за вопроса. И в моей голове вдруг стремительно стала складываться картинка. Отец всегда учил меня смотреть на несколько шагов вперёд, рассчитывать все возможные варианты развития событий и быть готовой к каждому из них.

Он не просто так задал мне именно этот вопрос. Преступники ничего от меня не скрывали. Ни лиц, ни имён или кличек, а это значило только одно – меня не собираются оставлять в живых ни при каком раскладе. Как только отец подпишет бумаги, меня убьют. Если не подпишет – тоже убьют.

Осознание этого факта подкосило меня не только морально, но даже на физическом уровне.

Я медленно улеглась на кровать, отвернувшись лицом к стене, и сиротливо подтянула к груди колени. Перед глазами снова всплыло изможденное лицо отца. Господи… Он ведь с самого начала это предугадал. Папа… Что же мне теперь делать, папа?

Раздался лязг закрывшейся двери, ненавистные чужие голоса за спиной, наконец, умолкли, и я уже решила, что меня на время оставили в покое, но спустя несколько мгновений услышала тихие шаги в помещении и поняла, что ошиблась. Не вставая с кровати, медленно развернулась и увидела Палача.

Он медленно подошёл, поставил на стол бумажный пакет и сухо спросил:

– В туалет пойдёшь?

Я отрицательно покачала головой, глядя прямо перед собой. Ещё до прихода посетителей была такая необходимость, но в данный момент я ничего не чувствовала. Хотя, может, и чувствовала, но мне было плевать. Вдруг окутало такое безразличие ко всему происходящему. Да и недавний страх, что придётся ходить в ведро, теперь казался просто смешным.

Какая разница, если я все равно без пяти минут труп?

– Хорошо, я приду вечером, – ответил он.

А я безучастно кивнула.

Только на этот раз Палач почему-то не спешил уходить. Стоял и смотрел на меня, слегка сдвинув брови. Это неожиданно разозлило меня. Что ему нужно? Зачем он придёт вечером? Зачем вообще проявляет эту заботу? Лучше бы он тогда послал меня куда подальше вместе с моей просьбой, как это сделал Кара! И не вступался бы ночью.