Незваный гость

Сумеет ли она сказать ему «нет»? Что-то подсказывало ей, что не сумеет. Слишком давно она одна. И слишком хорош собой её гость.

Наверное, она еще долго просидела бы так, в траве, терзая себя сомнениями, может, даже всю ночь, если бы не услышала вдруг звук шин подъезжающей машины. Сначала Соня не придала ему большого значения, решив, что это какой-нибудь запоздалый дачник приехал или, наоборот, возвращается домой. Но звук все приближался и приближался, пока, наконец, не затих совсем рядом, прямо за ее забором.

Соня буквально перестала дышать. Послышались тихие хлопки открываемых и закрываемых дверей, а затем из-за открытой калитки показались два темных мужских силуэта, уверенно направившихся прямиком к ее дачному домику.

Они прошли не так далеко от девушки, и она отчетливо услышала их приглушенный шепот, от которого мороз продрал по коже.

– По-моему, мы зря теряем время, Серый. Ты уверен, что старый хрыч ничего не напутал?

– Даже если напутал, все равно проверить надо.

И не ной уже, это последняя заброшенная дача на этом участке. Если его там нет, поедем хрычу башку отвернем.

Соню словно парализовало от страха. Она сразу догадалась, кто эти люди и зачем, точнее, за кем они пришли. Но ничего не могла сделать. Будто в замедленной съемке наблюдала, как две тени неумолимо приближались к домику, и не было никакой возможности их остановить.

На краю сознания билась мысль – закричать. Предупредить Демида!.. И тем самым наверняка выдать его.

Или же просто встать, выйти из своего укрытия и грозно поинтересоваться, кто они такие и что здесь забыли?

Наверняка, она бы так и сделала, если бы не была такой трусихой. Что, если они и есть настоящие бандиты и просто убьют ее? Ей нельзя умирать, у нее сын…

Тем временем тени с тихим противным скрипом открыли дверь и вломились в дом. Буквально через пару мгновений оттуда раздался грохот, неразборчивая мужская брань и в довершение всего – несколько оглушительных выстрелов.

Соня сжалась в комок и закрыла ладошками рот, чтобы не заорать. Дикий, животный страх овладел всем её существом, но инстинкт самосохранения заставлял и дальше сидеть тихо, ничем не выдавая своего присутствия.

На участке вновь воцарилась тишина и покой, разрезаемые лишь стрекотанием кузнечиков в траве, да тревожным криком какой-то птицы вдалеке.

Секунды тянулись медленно, каждая из них равнялась оглушительному удару сердца в груди девушки.