Мы же взрослые люди

Учительница еще не успела додиктовать домашнее задание и остановила Алину в дверях.

– После звонка я уже не принадлежу школе, я принадлежу родителям. Если вы не успели что-то рассказать, то это ваши проблемы, – сказала Алина и вышла из класса.

Нина ходила в школу, успокаивала учительницу, извинялась. Алину водили на разные психологические школьные тестирования, пытались как-то ее типировать – все без толку…

И таких случаев было не один, не два. Родные не ограничивали Алину в свободе высказываний. Мягко журили, но больше восхищались.

И это все, как сейчас казалось Нине, шло дочери не на пользу.

– Я слушаю только мужчин из моей семьи, а ты мужчина не из моей семьи, – отвечала Алина сделавшему ей замечание гостю.

Однажды Алина пришла к директору школы. Частная маленькая школа, где старались найти индивидуальный подход к каждому ученику. Так вот, Алина пришла к директору школы и сказала: «Я больше на уроки ИЗО ходить не буду, потому что я вашу учительницу по ИЗО ненавижу».

Алина рисовала на уроке рыбу, рыбы – тема урока.

По плану у рисунка должен был быть фон, но Алина думала иначе, она хотела рыбу на белом. Учительница настаивала на фоне, Алина упорно не хотела рисовать задний план. Вышла из класса – и прямиком к директору.

И снова Нину вызывали в школу. Снова расшаркивания и защита дочери перед несовершенной образовательной системой.

Эти случаи пересказывали за семейными ужинами, передавали гостям. Алинина дерзость принималась в семье как диковинка, как аллигатор в квартире.

И до какой-то поры все удерживалось в рамках благополучия. Когда именно произошел сбой, Нина не помнит.

«Наверное, все было бы иначе, если бы не развод», – думала Нина. Все могло бы сложиться для Алины совсем по-другому, если бы Нина не развелась с первым мужем. Если бы у Алины был отец. Тогда, возможно, не было бы этой бездны, куда, как казалось Нине, проваливается дочь.

С появлением нового мужа и брата (что особенно повлияло на Алину) отношения матери и дочки разладились.

И сначала этого никто не хотел замечать. Из лучших побуждений. Алина все больше времени проводила в своей комнате, все дольше сидела в интернете, все дальше уходила в свое, совсем не ведомое Нине плавание.

Они сидели в одной машине и молча смотрели на дорогу. Две такие родные девочки, две такие далекие. Две такие несчастные и неспособные утешить друг друга. Все сценарии утешения, которые приходили в голову Нине, Алина разбивала парой слов.