Милоа – спасители Эбери. Книга 1. Милоа-разведчица

Он был чуть выше меня ростом, очень худой и с растрепанными рыжеватыми волосами. Несомненно, это был Нооб Сайбот, Милоа-тринианец.

– Где же Виз с Наани? – спросила Колка, грациозно проходя в комнату и усаживаясь на мягкие подушки.

– Уже в пещерах, со своими тайными целями, – широко улыбнулся Нооб. – Виз предупредил, что пригласил с нами Милоа Самуэлу. – Он посмотрел на меня.

– Да, знакомьтесь! – сказал Максон, проводя меня в комнату и усаживая на сооруженное из подушек и шкур подобие кресла. Правда, сидеть на нем можно было, лишь поджав ноги.

– Можно просто Сэмми, – сказала я.

– А меня Сайб, – не замедлил откликнуться Нооб Сайбот. – А это Камикз, – указал он на своего напарника, сидевшего чуть в стороне.

Камикз оказался на удивление молчаливым и даже угрюмым. Он был ростом с Сайбота, но более коренаст, с прямым взглядом немного впалых глаз и светлыми, жесткими волосами. На меня он даже не взглянул, только кивнул в ответ на приветствие.

И его называли прославленным воином и другом Айма? А еще, по словам Колки, порядочным бабником?

Явно непростой человек…

– Мы могли бы и сами начать сборы, но решили все повесить на Визарда.

Он возглавляет экспедицию, вот пусть и занимается организацией, – легкомысленно сказал Сайб, откидываясь на подушки.

Я чувствовала себя немного скованно. Компания была мне малознакома, Сайб своим весельем невольно подавлял меня, а похожий на статую Камикз сильно настораживал. Напряжение создавали и шахтеры, держащиеся особняком. Они как будто не смели заговорить с нами, а остальные их даже не замечали.

Такое неуважение и разделенность неприятно поразили меня. Я пришла из мира, где нормой считалось равноправие, и даже нищий имел право голоса. Здесь же простой народ сторонился военных и Милоа, признавая за ними превосходство. И это было для меня непривычно и даже как-то аморально.

«Они что, всю экспедицию будут следовать за нами, как тени?» – подумала я.

Сайб продолжал непринужденно болтать, Максон активно поддерживал его, Колка, эта горделивая и весьма самоуверенная разведчица, лениво вставляла свои комментарии.

Я снова почувствовала себя изолированным изгоем: ощущение нахлынуло внезапно, меня пугали высокопарные манеры Колки и разговорчивость молодых людей, которые вполне могли прицепиться ко мне с какими-то навязчивыми вопросами.

Я потеряла себя.

Задать какой-нибудь вопрос или сказать что-нибудь, что в корне бы переменило обстановку, у меня не хватало смелости.