Тайны мертвецов, или Новая история

Он садится рядом с Анджелой, полностью довольный тем, что удалось ей угодить.

Обед великолепен. Миссис Рассел отлично готовит, да и муж её прислуживает просто безупречно. Кажется, будто бы всё хорошо.

После обеда Расселы подносят кофе. Казалось бы, всё мирно, безмятежно.

«Цепкий взгляд у этого старика, – думает молодой журналист Эдгар Фейбер, глядя на мистера Гилсона. – Такое ощущение, что он мысленно рисует на всех нас карикатуры! Лоуренс Гилсон. Я вот всё думаю: откуда мне знакомо это имя? И где я мог видеть Гилсона раньше? Ах да, вспомнил.

Я виделся с ним, когда писал о тех убийствах на пароходе! Он их расследовал! Настоящий гений в своём деле! Интересно, зачем он здесь?»

Тут Фейбер переводит взгляд на мисс Миллер.

«Прелестное создание! – восхищённо говорит он себе. – Амелия. Это чудесное имя. Хорошо, что не Каролина».

Подавая кофе Джорджу Стивену, миссис Рассел собирается дать чашку в руки. Вдруг чашка опрокидывается. Горячий кофе льётся прямо на белоснежную рубашку этого мужчины.

– Ай! – кричит Стивен. – Проклятье, как же вы неуклюжи.

– Простите, сэр, – говорит миссис Рассел, исправляя свою оплошность. – Я схожу на кухню и принесу вам другую чашку. Специально для вас.

Но нет, миссис Рассел вовсе не сожалеет, что облила гостя кофе. Во взгляде её карих глаз, которые устремлены на Стивена, читается злорадство, торжество.

«Больно? – мыслит она злорадно. – А мне, мерзавец, не больно от того, как ты поступил с моей дочерью?!»

Миссис Рассел удаляется на кухню, а Джордж Стивен – к себе, переодеться.

Выходя из своей комнаты, он смотрит в зеркало, любуясь собственной красотой. Вернувшись в гостиную, Стивен выпивает свой кофе.

– Всё же кофе на ночь вреден, – замечает он. – От него плохо спится.

«Плохо спаться тебе должно по другой причине», – мыслит миссис Рассел. Вслух же она говорит:

– О, можете не беспокоиться, сэр. Будете спать как убитый.

Тон, которым это произнесено, человека менее беспечного, безусловно, заставил бы волноваться.

Снова всё тихо-мирно. В гостиной царит тишина. Безмятежное, спокойное безмолвие. И внезапно эту тишину нарушает ГОЛОС. Кровь стынет в жилах от грозного голоса, а ещё больше от тех страшных слов, которые он произносит:

– Леди и джентльмены! Прошу тишины! Вам предъявляются следующие обвинения.

Опешившие гости вздрагивают. В недоумении смотрят на стены, затем друг на друга, безуспешно пытаясь понять, кто это мог говорить.