Ядам и Лилит

Женщины говорили, что мужчины нетерпеливы, их природа требует быстрее войти в женское тело, не дожидаясь, пока оно раскроется. Тело девочки к этому не готово, поэтому в первый раз всегда больно и неприятно. Со страхом готовясь к боли, я спросила:

– Что нужно делать?

Услышав в моём голосе дрожь, муж лизнул меня в губы.

– Ничего.

Он лёг на бок, опёрся на левый локоть, и притянул меня к себе. Левую ладонь положил мне под голову, пропустил пальцы свозь мои волосы и стал поглаживать мой затылок.

Это успокаивало. От его правой ладони, лежавшей у меня на спине, шло тепло. Он медленно водил ладонью вдоль моей спины, мне становилось всё теплее, и я перестала сжиматься. Каждое его прикосновение было мягким, и я удивлялась, как твёрдые пальцы охотника могут касаться так мягко? Потом он изменил положение и присел, оставив левую ладонь у меня под головой. Ощутив скольжение его языка по своей коже, я стала подрагивать уже не от страха, а от удовольствия. Если мужская природа требовала торопиться, то он шёл против неё. Он не спешил, и я забыла, что мне должно быть больно и неприятно. Моё тело раскрывалось, как цветок на рассвете. Над нами сияла половина луны, и в её бледном свете я видела нежную улыбку моей ми-а.

Когда я открыла глаза, едва светало. Вождь закутал меня в шкуру, поднял на руки и стал подниматься по склону. Заметив, что я проснулась, сказал:

– Ты поспишь у огня, Лил-Ыт, а мне пора будить парней.

– Зачем их будить так рано? Ведь ты отменил охоту.

– Нужно найти хорошее место для следующей стоянки. Чем раньше мы уйдём, тем скорее вернёмся.

– Возьми меня с собой!

– Мы пойдём быстро, ты устанешь.

– Пока ты – мой муж, я хочу быть всё время с тобой!

– Давай договоримся, Лил-Ыт: твоим мужем я буду ночью, а днём – вождём Тойби.

– Завтра ты уйдёшь на охоту, и я останусь с семьёй. Но сегодня же ты не охотишься! Почему мне нельзя пойти с тобой?

Какое-то время он сомневался, затем поставил меня на ноги.

– У тебя есть копьё?

Я кивнула. Палка с обожжённым остриём для подколки рыб у меня имелась, хотя главным образом она служила мне посохом при ходьбе.

– Возьми его. В пути держись возле меня и не отставай ни на шаг. – Он протянул мне обломок орлиной кости, выпавший на берегу из моей накидки. – Память о Кы-А доверь моей матери.

Когда я приблизилась к месту, где спала старуха, она уже проснулась.