Седьмой кувырок

Шурка и сама не понимала, что на неё нашло. С одной стороны, у всех в их классе были полные семьи. Но с другой – она никогда не комплексовала и не чувствовала себя обделённой. Девочка из параллельного класса часто рассказывала ужастики про то, как молодая мачеха изводила её своими придирками, от которых иногда приходилось убегать из дома. Страшно… Страшно лишиться того, что уже имеешь. И неясно, чем грозят такие перемены. Нет, как есть – гораздо лучше. О папиных чувствах девушка не думала. Она давно привыкла, что в их маленькой социальной ячейке её благополучие ставится во главу угла.

– Короче, пап, выбирай – она или я. Хочешь, живи с ней в той квартире… Но тогда я знать тебя не желаю!

Произнеся жестокие слова, Шурка бросилась к себе в комнату и ничком завалилась на кровать. Её душили слёзы. Сквозь собственные рыдания она услышала, как отец бродит по залу, хлопая дверцами шкафов. Через несколько минут заскрипела и стукнула входная дверь.

В полном оцепенении девушка вышла из спальни. В квартире стояла пугающая тишина.

Исчез плед, подаренный Шурой папе на один из дней рождения. Шура так любила укрываться им, сидя на диване перед телевизором. Да и полки, где отец хранил свои вещи, были пусты…

Алекс:

– Привет, друг!

Шура:

– Привет, друг!

Алекс:

– Ну, как выпускной? Поразила всех там?

Шура вяло:

– Ну, типа того…

Алекс:

– Шурка, что стряслось?

Шура:

– С отцом разругались, он ушёл насовсем. Я теперь свободная и одинокая девушка…

Алекс:

– Вернётся, помиритесь.

Шура:

– Нет уж! Я на принцип пошла. Всё, надоело. У меня нет отца!

Алекс:

– Ох, вредный мой друг, не стоит поддаваться эмоциям. Не пожалей потом.

Шура:

– Что ж поделать, вот такая я…

Николай не собирался делать выбор между дочерью и любимой женщиной. Он считал, что такой дилеммы попросту не должно существовать. Однако Шуркин эгоизм побил все рекорды. Требовалось прекратить потребительское отношение. Мужчина по опыту знал, как тяжело приходится с дочкой, когда та обижается, если что-то идёт не по её плану.

Она могла неделями не разговаривать, превращая совместное существование в кромешный ад. На этот раз Николай твёрдо решил, что пора повзрослевшей Шуре понять, что детские капризы закончились и нужно обращать внимание на потребности близких людей. Мужчина резонно рассудил, что дочь пообживётся и поймёт свою неправоту. А там – как бог даст. Шура умеет вести хозяйство, потрясающе готовит, грамотно распоряжается финансами.