Мой генерал

Однако за время допроса у княгини созрели более каверзные вопросы:

– Ты, Анна, сама не своя… Где твой скромный вид? Почему ты так дерзко ведешь себя?

Саша изумилась, но тут же поняла свою ошибку: вряд ли надо было отвечать, глядя на говорившую княгиню. В остальное время она смотрела в пол и бормотала: «Не знаю», «Простите», «Я не помню».

Это помогло. Все закончилось довольно быстро.

Аврора дожидалась ее за дверью и, схватив за руку, потащила переодеваться. Костюм наездницы был странным – к юбке полагались мужские бриджи, зато туфельки сменили сапожки из мягкой кожи с длинной шнуровкой.

Через полчаса они уже были у конюшни.

К своему удивлению Саша неожиданно обрадовалась, когда седой конюх подвел к ней шикарного гнедого жеребца. Она погладила его гладкую шелковистую морду и прижалась к ней – ее переполняла любовь. Прикрыла глаза, потому что в памяти всплыло имя – Гром.

И сразу вспомнила своего детдомовского любимца, которого только ей доверял конюх дядя Вася, разрешал объезжать его и скакать, сколько позволял ей ее добрый друг.

Никого больше из детей он не подпускал к себе, только ее, Сашу.

– Гром. Дядя Вася, – прошептала Саша, и перед глазами вставали поле, лесок вдали – и она сидит в стареньком седле, наклоняется к холке уставшего коня, слышит свой ласковый голос: «Хороший мой, отдохнем и дальше поскачем».

Воспоминание исчезло, потому что голос Авроры позвал, а потом удивленно закричал:

– Анна, поехали! Живее! Поторапливайся! Да почему у тебя мужская посадка!? Ты что – и это забыла?

Оказалось, что Аврора в кокетливом наряде амазонки сидит, по-женски свесив обе ноги с одной стороны лошадиного крупа, тогда как Сашино тело оказалось на коне так, как подсказала ее память: девчонкой она была не хуже любого мужчины в лихой скачке.

А сейчас юбка мешала, да и весь наряд из черной курточки и женской полушапочки-полушляпки был непривычен. Она радостно крикнула, тронув за повод жеребца:

– Мне удобнее так!

И поскакала следом за конюхом, ловко сидящим на каурой лошадке.

Аврора странно посмотрела на Сашу, когда догнала ее, но потом улыбнулась. Так они с заднего двора большого белокаменного дома дружно выехали в поле по дороге, проложенной телегами.

Через полчаса Саша восторженно остановилась рядом с Авророй. Та изящно спустилась со своей лошади и дожидалась, когда Саша спрыгнет на землю рядом с ней. С лица Авроры все не сходило подозрительное удивление.