Хроники Хорнэльда. Синий камень

А после приглашаю вас всех в гости. Обещаю отличный прием!

– Не забудь, Джулия обожает пирожные и шоколад! – со смехом

напутствовал Эрик и кивнул друзьям: – Ну, пошли?

Каменная плита в недрах горы бесшумно устремилась вверх, уно-ся друзей с собой, и мягко остановилась на одном из этажей. Стена

отодвинулась, открыв длинный светлый коридор, упирающийся

в круглый зал, крышей которому служил прозрачный хрустальный

купол. В середине зала бил маленький фонтан, стены украшали

фрески, а между резными дверями стояли римские скамеечки, усыпанные разноцветными подушками.

Откуда-то сверху лилась тихая

музыка.

– Добро пожаловать в Академию! – Эрик сделал церемонный

жест.

– Академию? – недоверчиво переспросил Алексей.

– Отец предложил встретиться здесь. Сегодня библиотечный

день, народу почти никого… В Сенатской горе сегодня сплошные

заседания, приемы… А у вас и так глазки в кучку – куда уж больше!

Новости, как калории, нужно дозировать. Располагайтесь, – он указал на скамейки.

 – Если хотите пить или, там, печенья – на подлокотнике панель. Дроны вам принесут. Только не увлекайтесь!

Мы приглашены на обед к Виллардам, а у них самый богатый стол

на всем Толосе! Я пойду, позову отца.

– Не знаю, как ты, а я, пожалуй поем! – заявил Алексей, как только друг скрылся из виду. Он снял с подлокотника покрывало и активировал панель доставки. – Тебе что заказать, Жюли? Есть сок, газировка, фрукты, всякие вкусняшки…

– Закажи что-нибудь, – махнула рукой девочка.

Ее больше увле-кали картины с историческими сценами. Она понятия не имела, с чем они связаны, но превосходная работа мастера ее заворожи-ла. Чем дольше девочка смотрела на них, тем живее они казались.

Больше всего ее привлекла одна, изображавшая высокого статного

33

Юлия Каштанова

мужчину на руинах города, державшего в руке сияющую золотую

ветвь. «Витториан Келинти собирает народ впервые после падения Арольда» гласила подпись. Джулия смотрела все внимательнее, и постепенно стены холла таяли, она будто бы перенеслась

на огромную площадь, освещаемую лишь кристаллами-фонарями.

Толпа окружала остатки фундамента с колоннадой, на котором стоял мужчина лет тридцати с небольшим, в подобии тоги и плаще, высоко над головой подняв пылающую ветку неизвестного дерева.

«Как он не обжегся?» – подивилась Джулия.

«Сограждане! – говорил он. – Это знак! Темным временам рано

или поздно должен настать конец.