Хроники Хорнэльда. Место встречи – Земля

Хозяин кабинета подскочил на месте пропустить гостя: ему даже в голову не пришло, что это может быть обыкновенный курьер. Но интуиция газетчика

никогда не подводила. Когда дверь открылась, на пороге возникла

высокая фигура вчерашнего посетителя.

Гость поздоровался и шагнул внутрь, а Стэнфорд жестом попросил секретаршу закрыть дверь. Он был совершенно уверен, что сотрудники снаружи шепчутся и строят догадки, что за гость

у шефа и не означает ли это явление нового спонсора из местной

аристократии и повышения жалований до небес.

Майкл сдержанно поздоровался и по традиции предложил кофе, но тот отказался.

Он опустился в кресло по другую сторону стола, ждал, пока хозяин кабинета успокоится и будет готов к разговору, и когда Майкл

перестал ерзать, произнес:

– Вы меня звали – я пришел, как и обещал. Значит, готовы принять правду, какой бы она ни была?

Повисла пауза, Стэнфорд несколько секунд нервно теребил

подбородок, а потом кивнул.

– Вы боитесь, Майкл?

Вопрос джентльмена со странным именем, похожим на валлий-ское, и не менее странной манерой поведения был логичен до ба-нальности, но все же застал собеседника врасплох.

Да, он боялся!

А что в этом удивительного? Можно подумать, собеседник бы не испугался на его месте!

– Это странно?

– Нет, – покачал головой Шеррел, – это объяснимо. Я напом-ню вам одну пословицу: бояться нужно не темноты, а того, что она

скрывает.

– Вы о чем? – нахмурился Стэнфорд настороженно и сердито.

– Вы ищете опасность не там, где она в самом деле таится, – снисходительно улыбнулся собеседник.

 – И от неприятностей, которые

33

Юлия Каштанова

вас преследуют, кочергой не отмахаешься. А ваш револьвер, случайно, не серебряными пулями заряжен?

В тоне незваного гостя звучала ирония, но лицо оставалось совершенно серьезным. Это бесило и одновременно сильнее пугало.

Майкл чувствовал себя так, будто попал на генеральную репетицию пьесы, где играл главную роль, но сценарий увидел только

сейчас.

Он встал, нервно зашагал по кабинету из угла в угол, сце-пив руки за спиной. Он готов был поверить, что все происходящее реально, как бы абсурдно оно не звучало или не выглядело.

Он не верил в вещие сны и всяческую мистику (кроме фамильных

привидений, конечно), но тип, сидевший сейчас в кресле напротив, будто шагнул из мира сновидений прямо в реальность, да и чудо-вище, что он видал ночью, тоже не было плодом разыгравшегося

воображения.