Хроники Хорнэльда. Мир за Пределом

Инка прибыла в Горидол еще до наступления сумерек. От Донолла до пограничного

поселения было около семи часов езды по дороге. Напрямик, может быть, и меньше, но вряд ли Джулия стала бы коротать путь

лесными тропами и скальными уступами.

А подруга задерживалась. Если бы она осталась в Донолле –

прислала бы весточку. Не собирается же она в самом деле ехать ночью – это безумие! К несчастью, пообщаться мысленно, как обычно

32

Мир за Пределом

поступали в таких случаях Хранители, подруги не могли.

Неизвестно, почему этого не сделала Джулия, а вот ей сам о й что-то или кто-то постоянно мешал. Вот и приходилось полагаться на «шпионские

уловки».

Инка прекратила мерить шагами комнату и остановилась

у окна, неотрывно глядя на дорогу и нервно барабаня пальцами

по подоконнику. По ее мнению, подруга должна бы уже появиться.

На улице горели редкие фонари, освещая несколько домишек; вдалеке виднелись пограничные укрепления, и черной стеной стоял

лес.

В темноте, он, казалось, придвинулся ближе и выглядел зловещим. Не было видно ни души, стояла душная, гнетущая тишина, только в отдалении – скорее всего, на заставе – лаяли собаки. Застава казалась единственным живым местом в окрестностях.

Еще более нагнетали обстановку два фермера, сидевшие за поздним ужином, которые рассказывали друг другу разные истории, по-луправдивые – полусплетни. Обрывки фраз долетали и до Инки.

– Страшные вещи творятся в нашем владении… – говорил один, раскуривая трубку.

 – Вот в прошлом месяце, например, у меня пропала лошадь. Через неделю – другая. Так четыре раза, в один и тот

же день недели и в одно и то же время. И каждый раз перед исчез-новением лошади мы слышали жуткие вопли… Нет, не ржание…

Это были голоса то ли людей, то ли еще кого… Эол1-путеводник их

знает, кто это был. И никого не удалось поймать.

– Это еще что!.. – отвечал другой. – Мне старый Борс рассказывал, что услышал ночью шум в сарае, где он коров держал.

Пошел

посмотреть. А время к полуночи было. Так вот, заходит он в сарай –

никого. Хотел было уйти, да замешкался. Спрятался за ящиком

с зерном. Глядь – дверь открывается, и входит кто-то в балахоне

и с палкой: сам весь черный, а глаза – красные и горят, как раска-ленные угли. Схватил корову за рога, а та как завопит чуть не человеческим голосом!.. Ну вот, схватил он корову, перекинул через

плечо и поволок к выходу.