Хроники Хорнэльда. Увидимся в космосе!

Как ни странно, на сей раз молчаливый барберри завел разговор первым, как только они отъехали достаточно далеко от городка. Джулию это удивило.

– Знаешь, Грейс, – произнес он задумчиво, без тени насмешки, – невероятно, но ты, похоже, хорошо влияешь на брата.

– В смысле? – нахмурилась девушка недоверчиво, лихорадочно соображая, зачем спутник завел разговор на эту тему, да еще

и в столь доверительной манере.

– А ты не заметила? Он стал меньше скандалить попусту и тратить патроны и батареи излучателя на всех, кто, по его мнению, на него косо посмотрел, даже начал мыслить трезво.

за ним не замечал… с тех самых пор, как у нас завелись сектанты.

Последнее слово он с отвращением выплюнул. Джулия с нарочитым неверием фыркнула:

– Пфф! Скажешь тоже! Это ты на него влияешь – ты же его брат.

– Раньше влиял, – поправил Джозеф, и в голосе его слышались

оттенки грусти. – Теперь куда меньше.

– Хочешь, чтобы я вас помирила? – рассмеялась девушка.

– Нет. Но ты можешь вернуть всё на круги своя… я надеюсь, –

сообщил он и добавил еще тише: – Марах-ша4, катоми.

– Было бы за что, – пожала плечами девушка. – Просто я не-навижу, когда орут: на меня или около меня – не важно. И когда

тратят добро попусту. Я сама неплохо умею стрелять, но это не значит, что нужно палить в каждого встречного. Головой думать тоже

не мешает иногда …

– И это говорит самая отчаянная сорвиголова Барберры? – мен-торским тоном прокомментировал бывший бейта.

4 Благодарю

78

Увидимся в космосе!

Джулия прикусила язык: ей не стоило выпадать из легенды.

К счастью, Джозеф не придал ее словам того значения, какое следовало бы. Девушка же наказала себе строго-настрого думать, прежде

чем говорить: она все-таки не на пикнике с друзьями.

На карьере почти никого не было. Барберри и его спутница

оставили байки и стали спускаться по внешней стене на площадку для багги. У девушки появился шанс вытянуть из Джозефа его

историю: бывший бейта пребывал в задумчиво-разговорчивом настроении, и грех было этим не воспользоваться.

– Послушай, Джозеф… – осведомилась она как бы между прочим, – что случилось с твоей карьерой?

Собеседник пожал плечами, изобразив полное равнодушие: мол, что здесь странного.

– Мой отец был бейта, а я занял его место по традиции, как старший сын в семье. Всё шло хорошо, пока не случилось беды… – Джозеф запнулся на середине фразы.

– А как же Мирз?

– Мирз… – бывший бейта невесело усмехнулся.