Хроники Хорнэльда. Увидимся в космосе!

Ты ведь еще не дала ответ…

– Отрадно слышать, – насмешливо бросила девушка. – Ну, пойдем, раз ты уж потратил время на мои поиски.

Они некоторое время шли молча: Джулия обдумывала план, а Джозеф, казалось, пребывал где-то в высоких материях. Лишь

когда они добрались до квартала, в котором обосновалась Хранительница, девушка остановилась. Она не собиралась никого приглашать к себе, даже потенциального союзника.

– Спасибо, – произнесла она. – Извини, в гости звать не буду.

– Я и не напрашиваюсь, – фыркнул барберри.

Он медлил: явно

чего-то ждал. И девушка догадывалась, чего именно.

– Знаешь, Джозеф… – заговорила она после долгой паузы, и в ее тоне больше не было иронии, – я подумала над твоим предложением… – она пристально взглянула собеседнику в глаза. –

Я принимаю его.

Джозеф только коротко кивнул – скорее своим мыслям, чем

в ответ на ее слова.

– Завтра. В это же время. На том же перекрестке, – сообщил

он, как показалось девушке – несколько нервно – и добавил, вздох-нув: – Марах-ша.

110

Увидимся в космосе!

После чего развернулся и растворился в окружающей темноте.

Джулия выждала около минуты, а потом поспешила в свое временное убежище, чувствуя запах гари от рушащихся за спиной мостов.

Тон его последнего «благодарю» сбил ее с толку. Она понимала, что в очередной раз идет ва-банк, но почему-то ей хотелось верить

странному изгою-бейта.

111

Юлия Каштанова

Глава 9. Бегство из мышеловки.

Бейта никогда не составляло труда скрыться от любой слежки, кроме той, что осуществляли равные ему по силе и статусу, а именно – от Черного солнца.

Джозеф всегда был против сотрудниче-ства с отступниками, пусть сам считался таковым. Но он не уходил

из Ордена, он лишь последовал за братом – Орден сам отказался

от него. Во время войны бейта стали еще более несговорчивыми, чем прежде: раз ушел, значит – чужак. Но сектантов и «методы работы» брата и его подручных бывший жрец не одобрял.

Конечно, с тех пор как в их шайке прибыло странной преступницей с большими связями, всё изменилось. Джозеф не понимал этого, не видел

причин, и хотя отличался подозрительностью, не ощущал от нее

опасности. Она не была похожа на шпиона, но и на террористку

тоже не была. Она вела себя жестко, но не жестоко, предпочитала не бить, а договариваться, что безусловно полезнее в их случае, но не слишком укладывалось в приемлемые рамки поведения.