Выбор Ангела. Часть 2. Испытание волей

Во-первых, оно не твое, а во-вторых, чтобы соблазна не было.

Ястреб почувствовал, что готов от обиды и бессилия разреветься. Этого было допускать нельзя ни в коем случае. Тем более, чтобы она это видела. А хитрая глава Грандов следила за каждым его движением. Оставался последний шанс, который использовать не хотелось, но ситуация обязывала.

– Я прошу прощения, миледи, – произнес он через силу, – я несколько переоценил себя. Но вдвоем действительно проще, чем в одиночку.

Элеонора пожала плечами, для виду задумавшись, хотя решение она уже приняла.

– Слушай, Ястреб, – произнесла она нарочито равнодушно, – я, так и быть, тебя отпущу, только заберу твое оружие… кроме, разве что, ножа – и себе не повредишь, и другим, а с разбойниками (при заявленных тобой данных) ты справишься. Денег оставлю немного, чтобы хватило добраться до ближайшего города и найти себе работу…

При словах «найти работу» настроение у собеседника резко упало. Чем он будет тут заниматься? Без оружия его никто не возьмет на службу, а от мысли о любом другом занятии его заранее мутило.

– А еще варианты есть? – поинтересовался он с жалобной хмуростью.

– Есть, – кивнула Элеонора, – много. Только они тебя устроят еще меньше – по твоему лицу вижу.

– Да, – вздохнул Ястреб. – Понимаю, вы на меня обижены. Но я прошу вас – единственный раз в жизни прошу – не оставляйте меня одного! Я не буду вам докучать, буду вас оберегать, помогать во всем! Но если вы меня оставите одного, я никогда домой не вернусь!

– А тебе оно надо? – поинтересовалась молодая женщина без тени улыбки.

– А вы в прошлый раз?

– А в прошлый раз у нас выбора не было, дорогуша, – она присела на корточки возле аккуратно сложенного в сторонке оружия и снаряжения и принялась его упаковывать в свернутый их плаща мешок. Оставила только кинжал, пистолет и кошелек. – Сам подумай, к чему мне обуза в виде неумехи, которого придется защищать и постоянно ждать удара в спину?

Ястреб готов был вспылить, но, во-первых, его положение это бы только усложнило, а во-вторых, он, кажется, начинал понимать, к чему клонит глава Грандов.

– Я не нападу на вас, даю слово! – воскликнул он жалобно. – Я просто хочу домой…

Элеонора обернулась, на лице ее застыла гримаса недоверия. Потом она махнула рукой.

– Я тебя сейчас развяжу. И предупреждаю: если будешь дурить – покалечу.