Выбор Ангела. Часть 2. Испытание волей

 – Сеньор слыхал о флорентийской школе! Маэстро!.. – последовал издевательский поклон. – Только помнит ли уважаемый дон… что… оружие… надо… – приближаясь танцующей походкой, незнакомец произносил каждой слово отдельно, будто желая заострить на них внимание.

Что произошло в следующий миг, Ястреб разглядеть не успел. Схватка была стремительной – всего несколько секунд. Незнакомый боец резко приблизился к противнику, сверкнули клинки, послышался звон и скрежет металла о металл, потом – грохот. Ястреб зажмурился.

– …не выпускать из виду, – завершил фразу голос незнакомца. Звучал он насмешливо. Ястреб осторожно приоткрыл один глаз. Как ни странно, на него уже никто не обращал внимания. Громила лежал на спине на полу, обезоруженный; его шпагу незнакомец отбросил в сторону, а дагу заткнул себе за сапог. – Вам, видимо, следует взять еще несколько уроков фехтования, друг мой, – добавил он.

Противник что-то прошипел, но тут же его злобные слова перешли в громкий вой: неизвестный боец наступил ему на ногу чуть выше колена.

– Вы что-то хотели сказать, сударь? – он наклонился вперед, отчего давление усилилось, причиняя противнику невыносимую боль.

– Не-э-эт!.. Святые небеса! Я прошу… прощения…

– То-то же, – усмехнулся победитель, – а теперь дайте слово дворянина, что больше не будете трогать беззащитных детей.

– Беззащитных детей?! – прошипел головорез. – Черта с два! Он сам устроил все это. Он меня оскорбил!

– Не слышу!.. – холодно оборвал его собеседник, вновь как бы случайно наступив на него.

– Даю слово чести… – прохрипел тот, после чего незнакомец нехотя убрал сапог с его бедра. Ястреб нервно сглотнул, живо представив себя на месте поверженного врага. А если б его вот так? Это, наверное, очень больно…

Незнакомый боец тем временем осмотрел шпагу, протер лезвие тонким носовым платком, извлеченным из-за обшлага, и убрал ее в ножны.

– Эй, хозяин! – крикнул он, сопровождая слова небрежным жестом. Не стоит говорить, что во время драки трактир практически опустел – остались только трое, что сидели по углам, не вмешиваясь и вообще «не отсвечивая» (и разумеется, первыми из виду исчезли работники заведения).

– Чего изволит сеньор? – подобострастно осведомился он.

– Позовите лекаря, пусть помогут этим несчастным, – незнакомец кивком указал на уже совершенно не внушающую ужас и уважение троицу, – это вам за труды.