Хроники Хорнэльда. Дар силы

Это был риск, но поддаваться на увещевания неизвестно кого

было еще опаснее. Мрачный собеседник усмехнулся, так что девушку вновь пробила дрожь.

– Хочешь посмотреть, к чему приводит твоя беспечность? И так

со всем, за что ты берешься! – неведомая сила швырнула ее вперед, сдавив шею сзади – ее буквально «прижали» к невидимому окну, за которым разворачивалась странная и пугающая картина…

Сперва Джулия увидела спорящих друзей, и все ее попытки вмешаться и остановить конфликт приводили лишь к тому, что участники еще сильнее распалялись.

Спор перерос в ссору, вспыхнувшую между двоими, но довольно быстро в нее оказались

втянуты остальные Хранители. Потом прозвучал первый вызов…

Пусть картинка и была «немая», у Джулии не осталось сомнений, что именно произошло между «братьями в свете».

Потом видение сменилось другим: перед взором испуганной

провидицы предстал Белый холм с поникшим Триэльтисом. Древо

Создателя больше не сияло, а едва заметно мерцало, как сердце умирающего.

Сперва девушка заметила собравшихся на холме друзей

в церемониальных сенатских одеждах, при оружии – хмурый Алексей, потерянный Сашка, сурово-задумчивый Эрик и остальные…

Потом в луче, пробившемся сквозь низкую облачность, блеснули

холодной сталью клинки, потом вспыхнул яркий свет… И завяза-лась схватка – схватка Хранителей, которые уже не были ни друзьями, ни братьями. Все дрались со всеми с одной лишь целью – убить.

Джулия видела искаженные яростью родные лица, демонический

огонь в их зрачках.

Белый холм окутался ярким пламенем. Девуш-31

Юлия Каштанова

ка хотела крикнуть им, чтобы те остановились, прекратить безумие, но не могла проронить ни звука. Последнее, что она увидела – ру-шащиеся в прах прекрасные строения Нэллэполя и накрывающую

Голд-сити гигантскую волну.

Из жуткого сна ее вырвал решительный толчок в плечо, довольно сильный и явно не первый. За ним последовал взволнованный

вопрос Леночки, обращенный не к ней:

– Она нас слышит вообще?

– Сомневаюсь, – тон Инки звучал не менее встревожено.

 – Эй, Жюли! Возвращайся! – позвала она, легонько похлопав подругу

по щекам.

Джулия медленно открыла глаза. Чувствовала она себя от-вратительно: будто кто-то ее телом проверял на прочность стены

форда Кентью, как минимум. Шея болела, как от сильного удара

и переохлаждения одновременно, виски сдавливало, а в глаза будто

насыпали песок. Первое, что девушка увидела, были лица подруг.