Гнездо для стрекозы. Часть 2

На вечере «Браво-Бис» я поняла: бабушка была бы рада, если б он обратил на меня внимание. И раз она считает кольцо подарком Матвеева, то… «Кхр-кхр-кхр-р», – услышала я, как скрипят пружины ловушки. В мыслях Эдиты Павловны он уже не только обратил на меня внимание, но и подчеркнул это дорогущим украшением.

– Анастасия, мы тебя долго ждали, – с легким укором произнесла бабушка.

Матвеев быстро встал и сдержанно кивнул мне.

– Добрый день.

– Здравствуйте, – ответила я.

Голубые глаза смотрели на меня внимательно, по-доброму, и мне на миг показалось, что Максим Матвеев все понимает и он не на стороне Эдиты Павловны.

Мы сели.

Взгляд бабушки остановился на моей руке, и ее зелено-коричневые глаза заметно потемнели.

Да, я не надела кольцо, да, ослушалась и ни капельки не жалела об этом.

Более того – я разозлилась, потому что почувствовала на запястьях белые капроновые нитки, при помощи которых бабушка-кукловод собиралась управлять мной.

Я представила себя с цветком на пальце перед Матвеевым и ощутила, как щеки окрасились в розовый цвет – большего стыда приключиться не могло! Как бы я выглядела в глазах Матвеева? А если бы об этом узнал Шелаев? Я ношу его кольцо… Наверное, он бы долго и самодовольно смеялся, подумав, что я не устояла перед бриллиантами – практически продала душу.

Эдита Павловна не заметила, какой взгляд я бросила на нее. Конечно, бабушка преследовала свои цели, но они были не лучше, чем намерения Шелаева.

Допустим, кольцо подарил мне Матвеев, и вот я спускаюсь в зал, сверкая подарком… Па-ба-ба-ба!

Холодный пот прошиб меня второй раз. Дух противоречия взметнулся к потолку, захотелось при первом же удобном случае совершить что-нибудь… запретное! «На радость Климу Шелаеву», – прозвучало в голове, но я старательно проигнорировала последнюю мысль, не желая думать об этом человеке.

– Оказывается, Максим любит дождь, – сверля меня недовольным взглядом, вполне спокойно произнесла Эдита Павловна, – он назвал дождливую погоду романтичной.

– Но в дождь я все же предпочитаю сидеть дома, – улыбнулся Матвеев.

– Я тоже, – посмотрев на него, вежливо произнесла я. Взяла с тарелки миндальное печенье и принялась есть с повышенным аппетитом.

Матвеев, конечно, не был виноват в происходящем, но я понятия не имела, что за человек сидит передо мной.