Дом певчих птиц

И приключения не закончатся прямо сейчас, в эту минуту, впереди еще несколько часов приятной неизвестности…»

Как было написано в одной из книг: «Подростки часто придумывают проблему там, где ее нет. И чем больше о ней размышляют, тем страшнее им становится». Самое лучшее что я могла сделать, это согласиться и не вспоминать о дребезжащих минусах. Авторы люди умные, они плохого не посоветуют. «Не трусь, я же рядом». Как было бы здорово, еще как-нибудь услышать от Матвея эти слова. Просто так.

– Я согласна.

– Молодец.

Поедем часа через два. Вернемся, скорее всего, поздно.

– А в джинсах в ресторан пустят?

– Пустят, но предлагаю не отказывать себе в насущном. – Матвей обвел рукой правую сторону этажа и весело добавил: – Выбирай.

Не знаю, что со мной случилось в этот момент, и куда предательски спряталась скромность, обычно живущая в душе. Наверное, во мне проснулась Золушка, не знающая за что хвататься в первую очередь: за ящериц, мышей или тыкву. Витринные окна приглашающе засияли именно для меня, манекены-мужчины приподняли шляпы, манекены-женщины присели в реверансах, а воображаемая красная ковровая дорожка потянулась от белых скамеек дальше, и я смело ступила на нее под одобрительным взглядом Матвея.

Мне хотелось долго выбирать платье, примеряя то одно, то другое, вертеться перед зеркалом и удивляться собственному отражению и тому неравнодушию к вещам, которое вспыхнуло в груди. Но то самое платье оказалось уже третьим, надев его, я поняла, что другого не надо – ни за что и никогда.

Вроде простое: до колен и чуть приталенное, серо-голубого цвета, с воздушными рукавами до локтя, с тонкой пристроченной серебристой лентой по подолу. Но сердце стучало как сумасшедшее! Я долго не выходила из примерочной, опасаясь, что Матвей не одобрит выбор, но он утвердил платье сразу, и уже через несколько минут мы стояли на кассе.

– Спасибо, – искренне выдохнула я, и улыбнулась до ушей. Щеки пылали не то от счастья, не то от запоздалого смущения.

– Про туфли не забудь, Золушка.

И вообще слушай, что тебе говорит старая добрая фея.

В этот момент я почувствовала по отношению к отцу искреннюю и бескрайнюю благодарность. Если бы не он, я бы не оказалась на страницах прекрасной сказки, где мужественная фея с короткостриженой бородой и голубыми глазами, ростом около метра девяносто, предлагает мне билет на восхитительный бал. И при этом не обещает, что в полночь все вернется на круги своя, и рядом со мной будет только большая оранжевая тыква.