Удача не плачет

Хотелось прошмыгнуть в дом незамеченной, и я быстро направилась к нашим воротам.

Осторожно закрыв дверь, сняв кроссовки, я взяла тапочки, бесшумно вспорхнула на второй этаж, зашла в свою комнату, подняла голову и улыбнулась.

«У меня есть отец. Самый лучший. И он заберет меня к себе».

Я знала, что Андрей Дмитриевич уже сегодня позвонит моему дяде, и собиралась по возможности подслушать хоть что-нибудь. Папа, а мысленно я все чаще называла его именно так, обещал сообщать новости. Мы обменялись номерами телефонов, и теперь это стало простым делом.

– Дженни, – раздался за спиной тихий голос, и я обернулась.

– Лиза… Лиза… Лиза… – затараторила я, подбежала к няне и обняла ее.

– Да тише ты, Марина Аркадьевна полдня ходит и ругается. Не слишком-то она умеет переносить чужую радость. Я к тебе на минутку заглянула. Что там?

– Он хороший, Лиза. Он зовет меня к себе. И я тоже хочу жить с ним… Не знаю, как объяснить…

– Не торопись очаровываться, Дженни.

На обратном пути я вспоминала рассказ папы о его отношениях с мамой. И я чувствовала, что где-то настойчивой мухой жужжит недосказанность. Или показалось? Или есть вещи, которые попросту не следует знать пятнадцатилетнему подростку? Андрей Дмитриевич точно любил мою маму. И очень любил! В этом я ни капельки не сомневалась.

– Как же я не хочу расставаться с тобой, Лиза.

– Нет-нет, даже не думай. Мое место здесь. – Она отстранила меня и коротко вздохнула. – Ты разумный ребенок, а вот Вика… Я не смогу ее оставить, без меня она пропадет. Хоть как-нибудь присмотрю. Ну все, я пойду, пока Марина Аркадьевна не появилась.

Перекрестив меня, Лиза направилась к двери. Походка ее была тяжелой, и мое сердце сжалось. Мне предстояла разлука с близким человеком, получится ли у нас видеться время от времени? Только если втайне от дяди и тети. Иначе у няни точно будут неприятности.

Я понимала, что долго в комнате отсиживаться нельзя. Волнение немного улеглось. Внутренне собравшись, я спустилась на первый этаж и пошла в столовую, где пили чай дядя, тетя и Вика.

– Ты уже вернулась? – Тонкие бесцветные брови Юрия Викторовича приподнялись.

– Надеюсь, ты не голодна. Тебя покормили? – Слова заботы прозвучали неестественно, и, кажется, Марина Аркадьевна сама это поняла.

– Ну, какой твой отец? Говори! Быстро говори.