Мужчина в кармане

Рост – два метра, вес – восемьдесят килограммов, сорок второй размер ноги и ряд неискоренимых привычек, от которых сладко не будет: чешет нос, когда думает, облизывается, когда занимается выбором цвета, и крякает, когда довольна результатом. Еще она курит крепкие сигареты, обожает блюда с чесноком и арбузный парфюм. А еще она племянница подруги мамы Андрея Юрьевича, в связи с чем он тяжело вздыхает и мирится со столь колоритной и малополезной персоной в своей студии.

– Мне нужны два дня отпуска – завтра и послезавтра, – продолжила я наглеть.

– Нет, – Бондаренко покачал головой и торопливо застегнул пуговицу рубашки, на которой после отказа сразу сфокусировался мой взгляд.

Если честно, взрывоопасный настрой резко пошел на убыль, вероятно, удачная идея с Уточкиной осчастливила меня по полной программе. Фиг с ней – с ванной, фиг и с папирусом. Представляю лицо Листопадова, когда он откроет дверь и увидит своего нового дизайнера. Анжелика, не забудь про чеснок!

Сейчас мне больше всего хотелось поболтать с Середой – это окончательно меня успокоит.

И потом, он лучше всех на свете умеет готовить быстрорастворимый кофе в пластиковом стаканчике, а от горьковатого ароматного наслаждения я бы сейчас не отказалась.

– Ну и не надо. – Я пожала плечами, еще раз многозначительно посмотрела в сторону окна и встала. – И следующий крупный заказ будет мой.

– Да.

У Середы тоже есть личный кабинет – малюсенький, заваленный рулонами бумаги, баллончиками и тюбиками с краской, карандашами, мелками, какими-то непонятными штуками, напоминающими лекала, обрывками ткани и прочей ерундой.

И над этим многоярусным бардаком он отчаянно трясется – уборщице категорически не позволено переступать порог комнатенки великого художника. На подоконнике стоит запрещенный пожарной службой чайник, обклеенная мелкими декоративными камушками обыкновенная банка с сахарным песком и банка с гранулами кофе. Когда Лёне лень идти к кофемашине, он готовит кофе, не отходя от мольберта (так я называю его стол-трансформер, который умеет принимать такие причудливые формы, что иногда даже становится страшно). Хороший кабинет для хорошего парня.

– Середа, буквально час назад меня возжелал мужчина, – торжественно произнесла я, забираясь на подоконник.

– Он жив? – закладывая огрызок карандаша за ухо, поинтересовался он.

– Жив, – улыбнулась я.

– Только не говори, что это наша «крупная рыба».

– Увы.