Путешествие в страну мужчин

– Как у тебя дела? Все в порядке?

– Я так счастлива… я так счастлива…

Еще через пять минут он позвонил Катюшке.

– Ты где? Чем занимаешься?

– Гуляю, дышу свежим воздухом… Ага, скоро домой.

Черт-те что! Петр Петрович сунул мобильник в карман. Гуляет она, дышит свежим воздухом! Чувствует он, что-то здесь не так – и слова торопливые, и голосок ручьем журчит… Нужно будет с ней еще раз хорошенько поговорить.

Но тут Петр Петрович увидел Любу и вмиг забыл обо всем на свете.

Она, улыбаясь, шла ему навстречу.

Высокая, стройная, тоненькая. В длинной юбке, прикрывающей туфли, белой блузке, коротком легком пальто нараспашку. На правой руке виднелись съехавшие к запястью тонкие кольца серебряных браслетов, волосы распущены по плечам, и кудряшки подпрыгивают в такт движениям.

«Люба, Люба…» – мысленно повторил Петр Петрович и, как мальчишка на первом свидании, торжественно вытянул руку с букетом перед собой.

– Спасибо, – сказала Люба, вдыхая нежный аромат колокольчатых цветов. – А в моей оранжерее такие не растут…

– Посадим, – пообещал Петр Петрович и тепло улыбнулся.

Удивительно, ему даже нравилось, что они одного роста. Ее глаза на уровне его глаз.

– Летом здесь очень красиво, обязательно приходите посмотреть, – ответила она и взяла его под руку.

– Я приду. Надеюсь, летом мы здесь тоже будем гулять вместе.

Некоторое время они шли молча, не торопясь. Петр Петрович и Люба вдыхали ароматы весны и наслаждались сказочным моментом. Каждый хотел и одновременно не хотел нарушать эту робкую тишину.

– Вы здесь работаете? Да, вы говорили… Интересно? – Петр Петрович повернул голову в сторону Любы.

– Безумно интересно и приятно. Я прихожу не так часто, как хотелось бы, и я не назвала бы это работой…

– Понимаю, – Шурыгин кивнул и автоматически ослабил узел галстука. Господи, он не привык так просто гулять с женщиной! Рестораны, рестораны, рестораны, редко театр – и то, когда это было! Да и когда в его душе последний раз царила подобная неразбериха, когда сердце сжималось от волнения и страсти? Нет, страсть тут ни при чем… то есть при чем, но не настолько… Нежность, бесконечная нежность бежит по венам, радость, трепетная радость бьется в груди.

 – Я очень скучал, Люба. Я боялся вас больше никогда не увидеть… – Он остановился, повернулся и поцеловал ее руку. Бряк-бряк – приободрили серебряные браслеты.

Она почувствовала себя неловко, смутилась и тут же улыбнулась. Что она могла ответить? Только правду.