Пуговка

А во-вторых он активный и общительный мальчик, который ещё слишком маленький чтобы понимать, что можно говорить, а где лучше промолчать. Воспитательницы в этой школе были друзьями для каждого ребёнка, но если вдруг ребёнок знает, что эти люди им не друзья, тогда он представляет опасность, для общества которому так тщательно прививают любовь и уважение ко всему что связано с немецким народом.

– Эй, а тебе, не пора ли спать? – улыбнулась она и потрепала волосы сына. Он звонко расхохотался и сделал шаг назад, обеими руками приглаживая взъерошенные волосы.

 – Тщиии… – шепнула она, приложив палец к губам, – уже поздно не нужно шуметь, – нежно улыбнулась, – помой руки, лицо и бегом в постель! Я сейчас подойду к тебе.

Мальчик сильно откинул голову назад, а затем быстро махнул ею вперёд. Шумно соединил ноги вместе, вытянулся как струна и резким движением приставил руку к виску.

– Вольно солдат! – улыбнулся отец, и мальчик побежал к умывальнику.

Она ещё раз беспокойно посмотрела на лестницу, ведущую на чердак, затем встала, обняла мужа и шепнула ему на ухо:

– Мне нужно рассказать тебе кое-что очень важное…

– Что-то случилось?

– Да… То есть нет… – от волнения её опять начало тошнить.

 – Вообще-то да. Случилось… Ну ничего страшного. Ты не волнуйся, я просто не хочу, чтобы Мишенька знал… Сейчас я уложу его и всё тебе расскажу…

– Жуууууу, – пролетел к своей кровати Мишенька, раскинув руки изображая самолет. Она помогла ему снять подушки и расправить постель. Он взгромоздился на неё и плюхнулся на взбитую подушку.

Мать накрыла его одеялом, села рядом и запела. Мишенька заснул почти сразу. Она встала и нежно поцеловала его в лобик. Муж сидел за столом всё это время внимательно смотрел на супругу. Она подошла к столу, не поднимая глаза на мужа. Села напротив, сцепив руки вместе, положила их на стол и опустила голову.

– Анечка, что же случилось? – шёпотом, полным волнения сказал муж, немного подавшись вперед. Не поднимая глаз, она шумно набрала воздуха чтобы начать говорить, но тут же выпустила его не найдя слов.

 – Аня, не мучай меня, говори!

– Понимаешь… – с трудом начала она, – там на площади… – её голос задрожал, – Все эти женщины, дети… они такие напуганные, беспомощные… а немцы… – из-за кома, поступающего к горлу, ей стало тяжело говорить шёпотом, она тихонько откашлялась и посмотрела на кровать где спал Миша, чтобы проверить не разбудила ли его. Потом бросила быстрый взгляд на чердак и первый раз, наконец, подняла глаза на мужа.