Сиреневый туман

Напряжение росло, казалось, воздух наэлектризовался до предела. Все ждали появления жениха, чтоб потом смаковать детали, и разносить мой позор по всем княжествам.

Я сильно нервничала и поэтому обмахивалась веером с огромной скоростью, понимая что, когда появится мой жених, необходимо будет сбавить обороты, чтоб его ветром не сдуло. Где-то в глубине души я еще надеялась, что он не приедет, что-нибудь помешает, но шансы были ничтожно малы, и умом я это отчетливо понимала. И вот, открылась дверь, и церемониймейстер объявил:

– Наследный князь третий сын князя Отрикота Лавра из Мурании – Икат Лавр! – внутри все оборвалось, а сердце пропустило удар.

В тронном зале стало так тихо, как ночью на кладбище, все присутствующие, наверное, дышать перестали.

Они вошли – огромная делегация. Сразу во главе четыре человека несли золотой поднос, на котором стоял небольшой сундучок. По залу прокатился общий вздох. Я впилась в сундучок глазами.

Красивый такой сундучок, изготовлен из красного дерева, оббитый золотом, по нему шла резьба с какими-то символами.

Процессия шла очень торжественно и медленно, мне казалось, что время остановилось и все происходит не со мной. Я не могла дождаться, когда же я увижу жениха, а они так медлили.

И тут я поняла, в чем дело! Там в этом красивом сундучке мой жених, мой фей. Он настолько хрупкий, что его необходимо перемещать, таким образом, и при чем очень медленно, чтоб не растрясло и он не получил увечий.

У меня начинался истерический хохот, сдержаться я не могу. Ничего не вижу кроме этого резного сундучка. Вот сейчас его откроют и я упаду в обморок, а ведь не могу, княжна же, но ощущение, такое, что даже принадлежность к княжескому роду не спасет от обморока. В глазах плыло, дышать совсем нет возможности. Пытаясь сдержать истерику, я непроизвольно издавала какие-то хлюпающие и хрюкающие звуки.

Они со свистом вырывались из меня, не смотря на все мои усилия держаться с достоинством. Отец с ужасом косился в мою сторону. Он приподнял брови, что на его языке означало высшую степень удивления каким-то очень неприятным инцидентом. Обычно это быстро мне помогало, но не в этом случае, назревал конфуз.

И вот, наконец, они подошли. Казалось, прошло тысячу лет, но на самом деле шествие по тронному залу заняло меньше минуты.