Начало

 – Она и меня иногда пугает.

От веселого блеска в ее глазах я невольно смеюсь.

– Кажется, что она готова утащить тебя силой и спрятать, стоит кому-то не так взглянуть на тебя.

Блеск в ее изумрудных глазах меркнет. Я внимательно смотрю на свою подругу. Все те же утонченные черты лица. Грация и женственность. Ева всегда завораживает своей плавностью в движениях и величественным спокойствием.

Вот только сейчас подруга явно напряжена. И озадачена. На моем языке вертится вопрос, но я жду.

Треск огня наполняет комнату.

– Мама боится, что кто-нибудь может воспользоваться мной. – тихо говорит она. – Ну, сама знаешь. Я чуть ли не единственная, кто может видеть так далеко…

Ева отводит взгляд и берет чашку в руки. Я ставлю свою обратно на столик и разворачиваюсь к подруге всем телом. Моя стена и ее барьер не пропускают даже ветерка эмоций, поэтому решаю спросить в лоб:

– В чем дело?

Ее пальцы едва заметно сжимают чашку.

– Зачем ты встречалась с моим отцом?

Она прикрывает глаза и вздыхает.

– Он хотел знать, чем закончится этот вечер.

– Это собрание?

Она кивает.

– И?

Ее рот приоткрывается и закрывается снова. Брови хмурятся. Она делает глоток чая.

– Ничего. – покачав головой, она с досадой ставит чашку на столик. – Вообще ничего. Слишком много переменных. Слишком много решений.

– Но ты ведь всегда могла выбрать наиболее вероятное.

– Да, но не сейчас. – вздыхает она, ее глаза начинают бегать в пространстве, словно пытаются найти нечто неуловимое.

– Валери? – мне не удается скрыть потрясения в голосе.

Она уверенно кивает, а затем трясет головой, будто не может решить какую-то сложную задачку.

– Не знаю, почему, но она ключ. Ключ ко всему. Именно ее решения меняют ход событий. Запускают новую и новую цепочку. И все они одинаково вероятны.

Моя сестра.

Как моя сестра, которая зареклась не появляться в этом поместье, которая отрезала себя от всей семьи на целых шесть лет, может быть ключом ко всему?

Это не имеет смысла.

– А если сегодня она все-таки не объявится?

Ева поднимает на меня глаза и замирает. В гостиной повисает тяжесть, и лишь треск камина просачивается сквозь нее.

– Смерть. – будто предзнаменование раздается из уст ведьмы слово. – В таком случае я вижу только смерть.

Что-то внутри меня болезненно опускается от холода и уверенности в ее голосе.

Вот почему отец решил призвать сестру.