@ Актер. Часть 2

Связь умерла сама собой – за нее никто не держался, но через девять месяцев родилась девочка. ЕГО первенец. Его дочь. В оправдание Исаева можно только сказать, что женщина почти сразу уехала из страны, ее новый избранник принял девочку и не хотел, чтобы та считала отцом Андрея. Так возник сговор троих – двоих мужчин и одной женщины, решивших хранить покой ребенка. Любил ли Андрей свою дочь? Скучал ли по ней? Держал ли хотя бы раз на руках? Об этом Ира не знала. Но за то, что произойдет после, она будет винить только себя.

Если бы она тогда, в свои двадцать плюс доверилась чувствам, осталась с Андреем, а не наглядно демонстрировала ему свой роман с Митей, ничего этого не было бы.

Но это было. И однажды эта женщина вместе с ребенком вернулась в Москву, и из прошлого выступила темная длинная тень. Бывший муж этой женщины, отверженный ею и брошенный, в своё время подвизался в определенных российских службах, работал по наркотрафику – и подсел. Наркозависимость вылилась в увольнение, срок и лечение.

Но наркоманы, когда-то державшие в руках власть и оружие, практически никогда не соскальзывают, и наркозависимость перешла в одержимость и психические отклонения. Этот мужчина продолжал искать «свою» женщину и выследил ее. Увидев трехлетнюю девочку, которую его бывшая вела за руку, он понял, чем ее наказать. Он выкрал ребенка, но мишенью должна была стать именно женщина. И эта женщина позвонила Андрею:

– Найди нашу дочь! Ты знаешь, почему я не могу обратиться в полицию.

Андрей искал свою дочь и нашел.

О том, что случилось после, Ире расскажет Митя:

– Исаев в больнице. Пулевое ранение. И… Ир, крепись. Есть опасность, что он не выживет.

Она тогда чуть не сошла с ума. В больницу она и Митя поехали сразу. Она хотела сдать кровь – у них с Андреем одна группа и один резус-фактор. Она совала деньги врачам, чтобы остаться в больнице – кем угодно, хоть медсестрой, хоть нянечкой, лишь бы быть ближе к нему. Но ей отказали:

– У нас, простите, не частный сектор, а ведомственная клиника при МВД.

Она сидела перед операционной в приемном покое, а Митя держал ее за руку. Они уехали только на ночь, а утром вернулись в больницу. И так – четыре дня. А на утро пятого ей сказали, что Исаев пришел в сознание и попросил никого к нему не пускать.

– Пойдем. Он не хочет видеть тебя. – Митя устало поднялся со стула, на котором сидел, и покосился на часы на стене: – Ир, ты прости, но скоро суд над отцом. И мне надо туда успеть.