@ Аватар/@Селфи

Помедлив, Саид выпрямился, снял с себя пиджак и набросил его на спину подростка. – Ну что ж, отлично, – как ни в чём не бывало, произносит Саид. – Итак, первый урок пройден. Мальчик знает, чем грозит ему неподчинение. А ты, Вакас, неси шприц и ампулу, нужно противошоковое вколоть. Иначе мальчик не справится. – Саид окинул взглядом дрожащего подростка. – Ничего, потерпи, larka, – очень тихо сказал он. – Через два месяца кожа заживёт, а мы с тобой приступим к совсем другим урокам. Я научу тебя пользоваться ножом – владеть им, как мужчина, и если все пойдет, как рассчитываю я, то к апрелю ты станешь седьмым бойцом моего отряда.

И кстати, чуть не забыл: тебе же положена награда.

Вакас с готовностью потянулся к миске с финиками. Саид Кхан мрачно захохотал:

– Оставь себе эту дрянь, Вакас. В отличие от тебя этот мальчик уже мужчина.

– Да ему всего девять лет, – возмутился Вакас.

– Зато он ведёт себя, как мужчина. Терпит боль, как мужчина. Вот пусть и получит награду, как настоящий мужчина. Для начала вернём ему имя.

Как там, в лагере, он называл себя? – Саид пощёлкал пальцами и вопросительно посмотрел на Вакаса.

– Его имя? Э-э.… кхм… что-то не припомню, – Вакас собрал гладкий лоб в морщины. – Ах да, кажется, какое-то числительное. Кажется, семь.

– «Семь»? Ну надо же, – усмехнулся довольный Саид. – Значит, назовём мальчика Сахт. Ну что, с днём рождения тебя, крестник… А ты, – и Саид обернулся к Вакасу, – ты купи моему Сахту самую лучшую женщину. Самую красивую и самую умелую. А ещё лучше – купи двух.

Найди тех, что научат Сахта любви, а не этим твоим… нежностям… «Я люблю тебя, моя маленький мальчик», – передразнил Вакаса Саид и брезгливо сплюнул себе под ноги.

– Но… но я бы мог и сам обучить мальчика, – заупрямился Вакас и осёкся, увидев по-настоящему страшный взгляд Саида.

– Вот именно, – прошипел Саид, оценив ужас на лице Вакаса. – Ты помнишь наш уговор? Не смей трогать мальчишку. Он – не для тебя. А теперь пойдём, проводишь меня. А с тобой я не прощаюсь, larka.

В ту ночь получивший новое имя мальчик так и не смог уснуть.

Но думал Сахт вовсе не о награде. Прислонившись невыносимо горячей спиной к холодной кирпичной кладке, мальчик сидел неподвижно, так, чтоб не тревожить больное тело, и смотрел вверх, на древнее, как мир, небо Пакистана. Небо было глубокого серого цвета, как графит, а звёзды такими яркими и близкими, что, казалось, протяни руку – и дотронешься до них.

– Почему это происходит со мной? – спросил небо мальчик.