Полуночница

Уже к обеду по свалке бродили прилично одетые люди, стараясь не замечать друг друга, и виновато улыбаясь, случайно столкнувшись взглядами. А к вечеру запах тушеной капусты накрыл весь город.

Когда, отработав смену, Виктор вошел в подъезд, удушливая вонь подгнивших овощей окутала его прямо с порога. Пока он поднимался на третий этаж, она осела на робе, впиталась в кожу рук и лицо. В квартире над скороваркой плакала Лена.

– Эта вода никак не выпаривается! – Она посмотрела на мужа широко распахнутыми глазами.

 – Эта чертова вода никак не выпаривается!

Она отшвырнула в сторону ложку, та звонко стукнулась о край раковины и скрылась под столом, подальше от человеческого гнева.

– Ненавижу капусту!

Виктор вошел на крошечную кухоньку, осторожно притянул к себе жену и поцеловал ее в висок. Он был соленым. Каким-то образом слезы растеклись по всему ее лицу.

– А я люблю, – сказал он, присаживаясь на табуретку и пристраивая Ленку к себе на колено, – всю зиму квашеную ели, а эта почти свежая.

Давай ужинать, хорошо? Так есть хочется! Накрывай, я умоюсь пока.

Лена в последний раз хлюпнула носом и кивнула.

– А Мишка где? – Прокричал он из ванной, стараясь заглушить шум воды.

– Я его к маме отправила, они с отцом оленины достали, пусть хоть поест нормально. – Откликнулась из кухни Лена.

Достали оленины. Виктор поплескал водой себе в лицо и посмотрел в небольшое зеркало над раковиной. Тридцать два года, жена, сын, работа, есть деньги – пусть небольшие, но до недавнего времени их хватало, чтобы прокормить их всех и раз в год отправлять сына на море.

Но не теперь. Он вспомнил, как всего пару дней назад Славка со смехом рассказывал о том, как стоял в очереди за курами вместе с дочерью. Как только отдел в магазине открылся – толпа оторвала их друг от друга и Ольгу тесно прижали к прилавку. Она схватила две крупные курицы и бросила их над головами других покупателей прямо в Славкины  руки, пока он, пятясь, отступал к кассам.

– Жалко нет у нас баскетбольной секции, – хохотал Славка, – сплошные были трехочковые!

Он умел останавливать кровь, сбивать температуру, успокаивать плачущих детей и видеть смешное там, где другие готовы были впасть в отчаяние – это тоже было специальное Славкино волшебство.

Вода продолжала сливаться в раковину, а Виктор все думал о Ленке, о пропитавшем все квартиру капустном запахе и о том, что кто-то чужой вот уже больше месяца шарит по рыболовным сетям.