Наследница двух рас

– Пока ясно одно, что только невидимая магия способна убить Деара, – сказал Уильям.

– Не нравится мне всё это, – отозвалась Астерия.

– К сожалению, мне тоже, но будем надеяться, что это не последнее предсказание Liber Sortibus, возможно, следующее прояснит это, такое часто случается, – ответила Амадея, обнимая свою дочь.

– Только волшебники, видевшиеся с тобой ранее, помнят, какой ты была, но думаю, что кроме нас с твоей матерью, других не найдётся. Поэтому теперь в Мире Людей с этого момента тебя знают именно с этим новым обликом, исключая крылья, конечно.

Это ещё одно побочное действие зелья.

– Дедушка, а поменьше побочных действий сделать было никак нельзя? – прищурившись, переспросила Астерия.

– Ну, чем ты недовольна? Тебе не придётся думать над иллюзией или чем-то ещё, – немного обидевшись, отозвался Уильям.

– Дочка, я уверена, тебе не о чем беспокоиться, ты – одна из самых красивых девушек не только Пространственного Междумирия, но и Мира Людей, – улыбаясь, сказала Амадея, – сегодня ты впервые попадёшь в Обитас Ангелов.

Ты принцесса, и в честь твоего совершеннолетия будет устроен балл.

– Но я пригласила друзей к обеду у себя дома, – возразила Астерия.

– Дорогая, теперь твой дом с нами. Но мы понимаем, что ты не можешь отказаться вот так сразу от своей жизни. Поэтому если хочешь отметить день рождения и в Мире Людей днём, мы возражать не станем. Но мы будем ждать тебя здесь в восемь часов вечера, чтобы сопроводить в наше Пространство, – подытожил Уильям.

Попрощавшись с членами своей семьи, Астерия Амадея Лонгейл уехала. Девушка за считанные минуты добралась до своего дома, так как на пустых улицах города совершенно не было в ночное время машин. Воздух был неподвижен, ни малейшего дуновения ветерка, казалось, что всё вокруг будто замерло и остановилось. Небо было усеяно крохотными звездами, а тонкий месяц взобрался высоко-высоко.

Астерия припарковала машину около дома и прошла внутрь.

Быстро приняв душ, она добралась до постели и практически сразу уснула. Впервые за последнее время девушка спала спокойно, не видя даже снов.

Глава 7

«Доброе утро, Сан-Франциско, сегодня утро 13 июля, наконец, испепеляющая жара уступила место долгожданному похолоданию», – донеслось из радио будильника. И уже не Силена Блэйс выскользнула из тёплого царства Морфея, а Астерия Амадея Лонгейл.