Тихий ветер

– Говорит, что влюбился по уши! Представляешь?

Девушка принялась расчёсывать тяжёлые длинные пряди золотисто-рыжего цвета.

– А ты?

– А что я? – передёрнула она плечами. – Я своего принца всё ещё ищу. Возможно, Макс – это он и есть. Но пока не уверена.

Анна рассмеялась, и мне пришлось присоединиться к ней. Чересчур резко встав на ноги и пытаясь игнорировать головокружение, я бодро заговорила:

– Тогда пойдём со мной. Мне нужно ещё раз осмотреть рану комитаджа, а ты пока пощебечешь со своим принцем.

Та на миг задумалась.

– Только чур в лабораторию я ходить больше не буду!

Я едва сдержала вздох облегчения и нервно рассмеялась:

– Так уж и быть, если понадобится, я сама схожу.

* * *

Взявшись за ручку двери, я отворила её, слушая, как подруга мурлычет своему солдату что-то про то, что она не могла уснуть, пока не увидит его ещё раз. Пока всё идёт по плану, и милое щебетание влюблённых приглушит быструю беседу с пленником, которая должна хоть что-то прояснить.

Офицер Чёрной Армии так же лежал на кровати, как и несколько часов назад. При моём появлении он тут же открыл устрашающе тёмные глаза, которые будто поглотили неяркий свет ламп.

Жуткий холод прожёг нутро, разыгралась нервная дрожь. Пытаясь её преодолеть, я быстро прошла вглубь комнаты и стала раскладывать всё необходимое для осмотра пациента. Мимолётно заметила, что впопыхах взяла много лишних предметов, но обратного пути уже нет. Главное, не выдать себя тем, кто был по ту сторону камер видеонаблюдения.

Комитадж молча следил за мной. Пристальный взгляд угольных глаз наносил урон моим нервным клеткам. Я склонилась над ним и принялась неспешно снимать повязку. Опять кровавая! Почему же?!

– Как вы запомнили имя моего брата? – быстро прошептала я, с облегчением слыша смех подруги за дверью и низкий баритон конвоира.

Про своё не спрашиваю. Недаром бейдж висит на груди. Да и его часто называли, пока думали, что он в отключке.

– Я помню всех пленных офицеров, – так же тихо ответил комитадж, едва шевеля разбитыми губами.

Низкий грудной голос офицера источал холодную стужу, будто порыв ветра в январе. Его рана снова кровоточила. И появились новые гематомы. Откуда?

– Как давно мой брат у вас?

– Как давно я здесь? – без запинки ответил он вопросом на вопрос.

Значит, Клаус в плену столько же. Я машинально прощупала рёбра. Он поёжился.