Джаханнам, или До встречи в Аду

Это ровно в сто раз меньше того, что получаем мы. Вот у меня и вопрос: откуда «Аахалго» берет нефть?

– А ты как думаешь?

– У меня не хватает воображения.

Суриков невесело усмехнулся.

– Да все оттуда же. С Сахалина.

– Но…

– А что ты думаешь? Что там седьмой год бурят разведскважины?

Американец открыл рот и закрыл его.

– Это государственная компания, – сказал Суриков, – и вышки стоят в море. И никакая инспекция без ведома главы компании не доплывет до этих вышек, чтобы проверить, сколько там добывают нефти.

А та, что доплывет, обязательно останется довольна, потому что это очень опасно – быть недовольной человеком, которым доволен Кремль.

– Кремль будет доволен этим человеком ровно до тех пор, пока не узнает, что разведскважины на самом деле добывают нефть в промышленных масштабах.

– Неужели ты думаешь, Кремль этого не знает и с этого не имеет?

– Наверное нет. Это государственная компания. Зачем Кремлю воровать нефть самому у себя?

– Затем, что у Кремля есть потребность в неучтенных доходах.

Ты можешь не волноваться, Сержик. Откуда мы берем свою нефть, мы можем объяснить Кремлю.

– А как мы это объясним иностранным банкам?

Суриков молчал. Долго-долго. Потом, тяжело махнув рукой, опрокинул в себя полстакана.

– Надоело все, – сказал Суриков, – надоело. Лгать, изворачиваться. Как в грязи плаваешь. Грязь тут, грязь в Москве. Ты думаешь, я не понимаю, в каком состоянии завод? Не понимаю, что с этим надо кончать? А я не могу. Я им должен.

С моря, огороженного бетонной стеной, донесся утробный гудок: один пароход приветствовал другой.

– Должны – кому, Артем Иванович? Как может хозяин завода быть кому-то должен свои активы?

– Выпей.

Американец отрицательно покачал головой, и Суриков, вздохнув, допил свой стакан.

– Это очень старая история, – сказал Артем. – Нас вначале было двое партнеров. Я и Данила Милетич. Я поставлял на завод нефть, а Данила… знаешь, он был больше по части как кинуть и не заплатить. Завод был в ужасном состоянии.

Если тебе кажется, что завод сейчас плох, видел бы ты его тогда. Я поставлял нефть, а директор отдавал ее чеченским бандитам. Был тут один такой. Халид. Погоняло Пегий. Он потом стал полевым командиром. Убили его год назад. Никогда не связывайся с чеченами, Сережа. Это… это волки. Ты им слово сказал – ты уже попал. Этот Халид однажды на моих глазах взял автомат и расстрелял резервуар с готовым топливом.

– Что?!

Суриков невесело рассмеялся.