Разбор полетов

Это был классический «полицейский разворот» – заблокированные задние колеса должны были забрать влево и развернуть машину, но вместо этого ничего не случилось. «Паджеро», как волчок с горки, вальсировал навстречу трейлеру.

От опасности соображалка работает куда быстрее, и Нестеренко понял, что случилось, за какие-то доли секунды. «Паджеро» – это же внедорожник. И сейчас у него были блокированы все четыре колеса, а не только два задних.

Валерий сбросил ручник и воткнул вторую передачу. Машина нехотя начала выходить из затяжного вальса, перелетела обратно через резервную полосу и заскользила к обочине, бочком-бочком, словно школьник, пытающийся улепетнуть со скучного собрания.

Внедорожник легко перемахнул через высокую бетонную кромку тротуара, боднул зазевавшуюся урну и смачно влепился всей мордой в уголок автобусной остановки, совершенно в эту пору безлюдной. Раздался сильный удар, чугунный столб прогнулся, и по крыше безвинного «паджеро» забарабанил стеклянный дождь. Валерия швырнуло о рулевую колонку, и в груди бандита что-то ощутимо хрупнуло.

Трейлер проскочил мимо, отчаянно скрипя колесами и загребая к обочине.

Валерий рванул дверцу и выкатился наружу, в теплую московскую ночь, на траву, пропитанную за день удушливым автомобильным дымом. Позади, метрах в двадцати, уткнувшись покалеченным носом в бетонный столб, шипела глупая «ма-зда», которая так не хотела уступать дорогу бандитскому «паджеро». То ли ей попало за компанию, то ли водитель просто не справился с управлением.

Но размышлять над судьбой водителя «мазды» у Нестеренко не было времени. Белая «девятка», из которой велась стрельба, с визгом развернулась и полетела обратно по ночному проспекту.

Сазан распластался на обочине, выхватив «ТТ». В открытом окне «девятки» мелькнуло невнятное пятно лица и черный силуэт самого знаменитого в мире автомата, чье изображение украшает государственные гербы шести развивающихся стран.

В следующую секунду «девятка» промелькнула мимо Нестеренко. Град пуль обрушился на заднее крыло невинной «мазды». Нестеренко прицелился и выстрелил. Автоматчик кувырнулся в глубь салона, «девятка» вильнула и полетела в темноту.

И только тогда Валерий Нестеренко по кличке Сазан, глава одной из крупных московских группировок, осознал невероятный, но не подлежащий сомнению факт: стреляли не в него.

Стреляли во фраерка, сидевшего в «мазде».